Разное

Женщины борются: Они борются за права женщин на Северном Кавказе. За это их преследуют и угрожают убийством: Общество: Россия: Lenta.ru

Содержание

Они борются за права женщин на Северном Кавказе. За это их преследуют и угрожают убийством: Общество: Россия: Lenta.ru

В конце прошлого года исследовательницы проекта «Правовая инициатива» об «убийствах чести» на Северном Кавказе сообщили о слежке и угрозах. Одна из них, Саида Сиражудинова, обнаружила, что за ней следит неизвестный молодой мужчина в черной куртке, другие получали на телефон «приветы мужу» и угрозы расправиться с семьей. Такой была цена за то, что женщины подняли вопрос об убийствах «по мотивам чести» и рассказали, что жертвами таких преступлений в Дагестане, Ингушетии и Чечне с 2013-го по 2017 год стали как минимум 39 россиянок. Борьбу за права кавказских женщин в сети ведут также администраторки паблика «Подслушано. Феминизм. Кавказ». О том, в каких условиях им приходится поднимать вопросы о базовых человеческих правах женщин, Сиражудинова и создательницы паблика рассказали «Ленте.ру».

*По соображениям безопасности, имена героинь не называются.

Чечня и Ингушетия — две самые страшные и опасные республики для женщин. Самое главное притеснение — это полное игнорирование женщины как личности: нас не считают за право- и дееспособных людей. Все вплоть до бытовых мелочей решает за кавказскую женщину семья (сначала родители, потом муж и свекры). Она может учиться — если ей позволят. Она может работать — если ей позволят. Она носит то, что ей позволят, ест, когда и что позволят.

Женщинам особо не дают возможности принимать участие в решении экономических вопросов на государственном уровне, но они работают намного больше мужчин, и в деревнях это особенно проявляется. У женщины нет права даже на мнение и убеждения. Если она мыслит не так, как принято и положено в семье, то ее в лучшем случае сочтут сумасшедшей или поведут изгонять джиннов. В худшем случае будут избивать и лишат свободы. Просто запрут дома. Мы, конечно же, не говорим про все семьи, а про основную часть. И это не зависит от религии — почти на любую кавказскую женщину влияют традиции и устои семьи.

Про большую часть преступлений, так называемых убийств чести, которые происходят в Чечне, Ингушетии и Дагестане, никто не знает и не узнает, убийцу покрывают все. Если же о подобном становится известно, то преступнику дадут небольшой срок, а общественность так вообще оправдает. Ранние браки распространены по всему Кавказу, и обычно девушек выдают замуж в 15 лет: в исламских республиках браки не всегда регистрируются в ЗАГСе, что дает возможность родителям обходить закон. С такими браками сталкивались многие наши знакомые.

Женщины на Кавказе заинтересованы в справедливости, но они боятся сказать об этом вслух, а слово «феминизм» их пугает, и они не совсем понимают его значение. Отчасти они не верят, что справедливость наступит, потому что такой образ жизни вели их мамы, бабушки, прабабушки и так далее, поэтому для них намного безопаснее притворяться, что их все устраивает.

Фем-движения есть в закавказских республиках — в Грузии и Армении точно. Там нас больше всего. Потом идет Северная Осетия и Кабардино-Балкария. Точного числа вам никто не скажет, но, как оказалось, нас даже больше, чем мы могли себе представить. Развиваются правозащита и различные частные организации, оказывающие помощь женщинам в трудной жизненной ситуации. В частности, «Женщины за развитие» в Чеченской Республике и «Даптар» в Дагестане.

Часть из нас (администраторок паблика — прим. «Ленты.ру») живет не на Кавказе и от людей с ультраконсервативными или религиозными заскоками старается держаться подальше. Но есть администраторки, которые живут в различных республиках Кавказа, и у них всех свои трагичные истории.

Чаще всего к нам обращаются молодые девушки, которые страдают от родительского или мужского абьюза (домашнее насилие, невозможность работать или получать образование, невозможность выбрать, что надеть, куда пойти). Иногда нам пишут уже состоявшиеся феминистки или те, кто только начал открывать глаза или разбираться в феминизме. В любом случае это те женщины, которые нуждаются в поддержке.

Многие благодаря группе нашли поддержку, кому-то помогли мы или другие активистки, кто-то нашел себе подруг, а нескольким удалось сбежать и зажить счастливой жизнью. Одна наша подписчица подвергалась преследованиям со стороны родителей и знакомых за свою сексуальную ориентацию, пришлось оказывать ей срочную помощь — сейчас она живет в другом регионе. Но это не повод для гордости, мы к этому относимся как к любимой, но не оплачиваемой работе. Однажды какая-то девушка попросила помощи, сказала, что сбежала из другого города, ее встретили, поселили на пару дней, купили билеты до другого города, нашли там активистов, готовых помочь с жильем и работой, а она прогуляла все деньги и через день улетела обратно. Было мерзко и противно. Особенно когда поняли, что человеку и его жизни ничего не угрожает.

Нас часто обещают выследить, убить всю семью, вырезать глотку, изнасиловать, зашить то самое место, откуда появляются люди. Забавно, что эти же джигиты кричат о чести и о кавказских традициях. Каждый день пишут, что найдут и убьют, если не закроем паблик, — боятся, что все большее число людей будет знать правду. Никто, к счастью, не знает нас в лицо, поэтому мы более-менее находимся в безопасности.

Также часто нас подозревают во вранье, крича, что администраторки сплошь одни русские девушки, которые пытаются заставить кавказских девушек плюнуть на традиции и обычаи и «поддаться разврату». В ответ на такие заявления мы посылаем далеко и надолго на восьми языках.

У нас множество наций, мы все разные, мы не хотим терять себя и свою историю, но и не желаем жить так, как когда-то жили наши предки. История должна учить исправлять ошибки и брать только лучшее из прежнего опыта. А пока наши женщины не имеют права выбора и голоса, мы так и будем жить в нищих республиках и завывать о прошлом.

Cаида Сиражудинова, глава Центра исследования глобальных вопросов современности и региональных проблем «Кавказ. Мир. Развитие»

«Лента.ру»: Как в целом сейчас обстоят дела с гендерным равенством на Северном Кавказе?

Сиражудинова: Все зависит от конкретной области. В экономике женщины более влиятельны, так как мужчины считают эту сферу достаточно непрестижной для себя. В политике дела обстоят несколько хуже, хотя сейчас появилось уже множество женщин — муниципальных депутатов или же руководителей. Тут очень большую роль играет поддержка семьи: если родственники не позволяют женщине выезжать на конференции или в целом ее не поддерживают, то ей будет очень трудно добиться каких-либо успехов в политической сфере. У меня есть случаи среди коллег, когда они не могли выехать на защиту научной работы без разрешения мужей и в целом испытывали неудобства по этому вопросу.

Можно сказать, что во всех республиках Северного Кавказа наблюдается одинаковое число женщин в политике (помогло и квотирование в прошлом, которое дало возможность хотя бы отчасти развенчать стереотипы о роли женщин), но его все равно недостаточно. Многие местные допускают участие женщин, но категорически выступают против женщины-президента.

Вы сказали, что в экономической сфере у женщин больше возможностей преуспеть. Почему так происходит?

Мужчины считают, что экономические вопросы не для них и уступают женщине первенство. На Кавказе вообще женщины более смелые во всяких земельных вопросах, а мужчины, как правило, не лезут в эти дела. У меня даже ребенок замечал, когда приезжал в село, что женщина всегда работает не покладая рук, а мужчины только сидят на лавочках и прохлаждаются. Так происходит еще и потому, что у мужчины нет цели добыть как можно больше: сколько заработал, столько и потратил, а женщина всегда пытается накормить еще и себя, и семью, и родственников. Хотя иногда встречаются исключения, когда некоторые мужчины начинают завидовать, если женщина зарабатывает больше.

А что касается образования — насколько оно доступно?

Очень многое зависит от района: если это село, то женщине будет сложнее получить хорошее образование из-за традиционных ценностей или недостатка средств. В крупных городах, таких как Грозный или Нальчик, у женщин больше возможностей. Но вообще большинство людей на Кавказе считают, что женщине нужно дать только базовое образование, а большего ей и не надо. У нас даже был спор с магистром на лекции: я его спросила, как он поступит, если у него будут сыновья и дочери, на что он ответил, что дочерям даст среднее образование и хватит с них, а сыновей заставит продвигаться дальше по карьерной лестнице и обязательно обеспечит их высшим образованием. В семьях присутствует неравное отношение к мальчикам и девочкам, но там, где нет сыновей, а есть лишь только дочери, больше вероятность того, что их попытаются обеспечить хорошим образованием.

В каких республиках дела обстоят хуже всего с гендерным неравенством?

Какое-то время дела обстояли хуже всего в Ингушетии. Там была следующая ситуация: вдова не могла повторно выйти замуж. Стоит отметить, что такого ограничения на тот момент не было уже ни в Чечне, ни в Дагестане. Второй фактор, который лишь усугублял ситуацию: тяжелая доля невестки, которой приходилось обслуживать всю семью мужа и выполнять вдвое больше работы. Подобное сохранилось в некоторых селах в Чеченской Республике. Но сегодня вдовы и разведенные женщины могут повторно выйти замуж в Ингушетии. Также начинают стираться этнические границы, потому что раньше женщина там имела право выйти замуж только за представителя своей нации.

При этом в городах в принципе более прогрессивное население, там женщины хотя бы могут учиться и чего-то добиваться. В селах все еще существуют закостенелые традиции, из которых выбраться почти невозможно, и женщины даже не допускают мыслей о свободе и сами для себя не хотят никаких прав, даже помыслить не могут, что они в принципе имеют право выйти без сопровождения мужчины или получить степень бакалавра в университете, живи они в хорошо развитом гражданском обществе.

Ну и в целом, если говорить о главенствующей религии — исламе — она очень ущемляет права женщин по многим причинам: это и многоженство, и оскорбительные высказывания в адрес женщин по поводу одежды, и невозможность строить карьеру.

Вспоминаются такие паблики, как «Карфаген», которые создавались для того, чтобы обличить мусульманских женщин в неподобающем поведении, высмеять и затравить их внешний вид или публикацию фото в соцсетях. По-вашему, это отдельная инициатива группы людей или же эта практика отражает общие настроения на Кавказе в целом?

Сами группы были созданы отдельной кучкой людей, которые представляют реальную угрозу обществу и безопасности женщин. Дело даже не в том, что они ущемляют их права, но и в том, что они угрожали женщинам физической расправой, а это уже, согласитесь, серьезные намерения. Проблема еще и в том, что гражданское общество на Северном Кавказе не сформировано, оно нестабильно, а потому им легко манипулировать. В целом оно поддается настроениям, связанным с тем, что женщина якобы утратила свои традиционные «функции», что теперь она может самостоятельно распоряжаться своей жизнью и работать. Общество и власти боятся изменений, им совсем невыгодно, чтобы вдруг появлялись новые сильные лица и лидеры в лице женщин. Больше всего они именно страшатся, что положение женщины в обществе кардинально изменится, и потому у них даже чуть приоткрытые головы вызывают ужас.

То есть республики не пытаются ни в какой степени копировать опыт Москвы и Петербурга в вопросе прав женщин?

Нет, общество склонно хвататься за традиции и беречь их, но масс-медиа и глобализация проникают в республики и хоть косвенно, но меняют ситуацию. Нельзя однозначно сказать, что это общество либо традиционное, либо религиозное, либо светско-российское. Оно скорее смешанное. Что касается позиций местных властей, то они не очень сильно отличаются от центральных. Посмотрите, ведь в Москве и Петербурге мы тоже часто слышим от политиков о сохранении традиционного общества, о роли женщины как домохозяйки и матери, а не уникальной личности. Поэтому что уж тут говорить: проблема, кажется, распространена по всей России, а не только на Кавказе.

Вы упомянули многоженство как одну из проблем ислама. Насколько распространена эта практика на Северном Кавказе?

Удивительно, но этой практики ранее не существовало, и лишь в последнее время она стала внедряться в общество. Это одна из болезненных тем для женщин, потому что доставляет им много неудобств, травмирует их и нависает над ними. Имам говорит мужчинам: «Есть жена, берите вторую!», но он не вдается в аспекты и условия многоженства. К примеру, во время военных событий многоженство иногда допустимо, потому что мужчины погибают в большом количестве, а женщин наоборот много. Сейчас же превалирования женщин над мужчинами нет, если мы только не берем совсем пожилых людей от 60 лет. Там да, есть большой перевес в сторону женщин, потому что мужская смертность наступает намного раньше. Но ведь нынешние сторонники многоженства не женятся на стареньких женщинах.

Проблема браков активно решается чиновниками? Вспоминается инициатива главы Чечни Рамзана Кадырова сводить разведенные семьи «обратно». Только почему-то к этому не привлекают психологов.

Да, такая практика была. Для Чеченской Республики долгое время проблема разводов была довольно острой, потому что послевоенное молодое поколение женщин стало более социализированным и свободным. У них были свои взгляды на жизнь и формирование общества. Они не хотели терпеть насилие и уходили от своих мужей, пытались как-то поменять свою жизнь, поэтому возникла проблема большого количества разводов. Кадыровская инициатива была довольно жесткой: женщин заставляли обратно сходиться с мужьями, психологов в данном случае действительно почти не привлекали. Да что уж греха таить, психологов вообще на Кавказе не хватает. Те, что есть, либо не пытаются решить проблему, либо банально некомпетентны в вопросах, это даже видно обычному человеку.

Но вообще ситуации с разводами были довольно разные. Я лично знаю примеры, когда проблемы в семье были действительно жесткими, муж избивал жену, и они расходились, а потом их заставляли сходиться обратно. А знаю ситуацию, когда жена развелась с мужем из-за того, что он не купил ей шубу.

Что касается практики женского обрезания, пытаются ли с ней бороться на законодательном уровне?

Со стороны властей нет никакой реакции. На международной конференции люди впервые услышали о том, что такое происходит в республиках Северного Кавказа, но потом местные власти просто попытались заткнуть рот правозащитницам. Это было очень некультурно и низко, потому что ученых не должны лишать свободы слова. И о каких тогда тут изменениях может идти речь, если проблема просто замалчивается.

Мы пытались достучаться до религиозных деятелей, поговорить с ними, но они не идут навстречу, никто миф про обрезание не развенчивает. Если бы религиозные деятели не навязывали обычным людям точку зрения о том, что обрезание девочкам делать нужно, иначе ты не станешь настоящей мусульманкой, то подобные практики сошли бы на нет. Половина мусульманского мира существует без обрезаний, и от этого женщины там не перестают быть истинно верующими. Да к тому же ни в Коране, ни в Сунне прямым текстом не сказано, что каждая мусульманка должна подвергнуться обрезанию.

Практики обрезания есть и в Дагестане, и в Ингушетии, но там такая опасная общность, что ее даже не хочется расписывать подробно.

Получается, что в кавказском обществе нет различий между традиционализмом и религией?

Нет. Традиционализм и религия слиты воедино, большинство людей не различают традицию и религию, для них это все одинаково. Новое течение фундаменталистов зато очень хорошо различает: они ведь пытаются полностью выкинуть традиции. Но среднестатистический житель республики, как правило, не поймет, где заканчивается традиция, а где начинается религия. Не исключены еще и собственные интерпретации религиозных доктрин.

Были ли вообще когда-нибудь исторические предпосылки для установления гендерного равенства на Северном Кавказе?

Были. Советское прошлое очень сильно повлияло на становление сознания. Раскрепощение женщины-горянки сыграло огромную роль в повышении статуса женщины как человека, политика, а не просто как матери или домохозяйки. Тогда появилось больше женщин в политике, и мужчины просто не могли им не подчиняться, потому что они были выше их по положению, сильнее и умнее. Ну и вообще, если упоминать тех же самых современных имамов, то они согласны с тем, что женщина может принимать активное участие в политике, главное, чтобы президентшей не становилась.

Также до ислама существовали общности, где женщина играла очень важную роль, была часто даже главнее мужчины. При матриархате женщины были в почете, пока они доминировали, потом пришли охотники и построили патриархальное общество, взяли власть в свои руки, в том числе распространили полигамию и многоженство, которые очень сильно принижают женщин.

Осведомлены местные жители о великих уроженках Северного Кавказа, таких как Раиса Ахматова (чеченская советская поэтесса), Сафият Аскарова (первая киноактриса Дагестана, звезда немого кино), Алла Джалилова (первая дагестанская балерина)?

Очень плохо. О знаменитых уроженках местные почти ничего не знают, потому что о них, как правило, мало информации, никто ведь не будет рыться в архивах. Роль их в развитии искусства, литературы, политики тоже замалчивается, и все забывают, что когда-то из их республики вышла знаменитая балерина или поэтесса.

Каковы дальнейшие перспективы прав женщин на Северном Кавказе?

Если все останется так же, как и сейчас, то трудно говорить о положительных изменениях глобального характера. Те женщины, которые чего-то добились, как правило, стремятся в Москву, Европу и иногда даже Африку, чтобы помогать женщинам там, а в республиках оставаться не хотят. А вот они бы могли помочь в борьбе с гендерным неравенством на Кавказе. В итоге здесь остаются те, кто выступают против этого, но ничего сделать не хотят или не могут.

The requested resource could not be found

Welcome to the United Nations

  • عربي
  • 中文
  • English
  • Français
  • Русский
  • Español

Site Search

  • Topics
    • Alternative development
      • Overview
      • Making a Difference
      • Resources
      • Contact us
    • Corruption
      • About us
      • UN Convention against Corruption
        • Ratification Status
        • Implementation Review Mechanism
        • Country profiles
      • Conference of the States Parties (COSP)
        • Implementation Review Group
        • Working Group on Prevention
        • Working Group on Asset Recovery
        • Expert Meeting on International Cooperation
      • Thematic areas
        • Prevention
        • International cooperation
        • Asset Recovery
        • Education
        • Integrity in the Criminal Justice System
        • Private sector
        • Corruption in specific areas
          • Corruption and wildlife and forest crime
          • Human rights
          • Safeguarding Sport
        • Economic fraud and ID crime
      • Technical tools and publications
      • Doha Declaration Global Programme
      • Fast-Tracking UNCAC implementation
    • Crime Prevention and Criminal Justice
      • Crime Prevention
      • Police Reform
      • Access to Legal Aid
      • Victim Support
      • Gender in the Criminal Justice System
      • Justice for Children
      • Restorative Justice
      • Alternatives to Imprisonment
      • Prison Reform
    • Cybercrime
      • IEG on Cybercrime
        • Bureau and extended Bureau
        • Meetings
      • Ad Hoc Committee established by GA res. 74/247
      • Global Programme on Cybercrime
      • Cybercrime repository
    • Drug prevention, treatment and care
      • Prevention
        • Youth Initiative
      • Treatment and Care
      • Children
        • Healthcare-Personnel
        • Policy-Makers
        • Public, Individuals, Families
        • UNODC Role & Work
        • Publications
      • Access to controlled medicines
      • Publications
      • Contact us
    • Drug trafficking
      • Central Asia
      • Container Control Programme
      • CRIMJUST
        • Project details
          • Mandates
          • Countries
          • Objectives
          • Contact us
        • News and events
        • Partners
        • Tools and publications
        • Contact us
      • Legal Framework
      • Paris Pact Initiative
    • Firearms
      • UNODC Study on Firearms
      • International legal framework
      • The Firearms Protocol
      • Project details
        • Legislative and policy development
        • Preventive and security measures
        • Criminal justice response
        • International cooperation and information exchange
        • The Monitoring Illicit Arms Flows Initiative
        • Cross cutting issues
      • News and Events
      • Publications
      • Contact us
    • Falsified medical products
    • HIV and AIDS
      • About us
        • Addressing HIV and AIDS
        • Our Mandate
        • Where We Work
        • Contact UNODC HIV
      • Our HIV Work
        • Drug use and HIV
        • Prisons and HIV
        • Sustainable Development Goals
        • Critical Enablers
      • News and Events
      • Publications
        • Drug use and HIV
        • Prisons and HIV
        • Other Publications
    • Human trafficking and migrant smuggling
    • Maritime crime and piracy
      • Indian Ocean East
      • Indian Ocean West
      • Gulf of Aden and the Red Sea
      • Atlantic Ocean
      • Pacific Ocean
      • Latin America and the Caribbean
      • Manual for criminal justice practitioners and its annexes
    • Money-laundering
      • Overview
      • Global Programme against Money Laundering
      • Activities
      • Training and Tools
      • Resources
        • Highlights
        • Publications
      • Contact us
    • Organized crime
      • Conference of the Parties to Organized Crime Convention
        • UNTOC Review Mechanism
      • Technical Assistance
      • International Cooperation
        • International Cooperation Networks
        • International Cooperation Tools
      • Emerging Crimes
      • Container Control Programme
        • Overview
        • Programme details
          • — Key activities
          • — Donors and partners
          • — Latest reports
        • The CCP Women’s Network
        • UN instruments
      • AIRCOP
      • Tools & Publications
      • Contact Us
      • Public Service Announcement
      • News and Events
    • Terrorism prevention
      • About us
        • Mandate of the Terrorism Prevention Branch
        • Organization of the Terrorism Prevention Branch
      • Our work
        • Promoting ratification
        • Legislative assistance
        • Capacity Building
        • Strengthening international cooperation in criminal matters
      • Tools and Publications
      • Partnerships
      • Monitoring and impact assessment
      • News and Events
      • Contact us
    • Wildlife and forest crime
      • Overview
      • Global Programme for Combating Wildlife and Forest Crime
      • International Consortium on Combating Wildlife Crime
      • Resources
      • Contact us
  • What we do
    • Campaigns
      • World Drug Day
      • International Anti-Corruption Day
      • Blue Heart Campaign against human trafficking
      • World Day against Trafficking in Persons
      • Fisheries Crime
        • Graphics
      • Cultural Property
      • 20th anniversary of the UN Convention against Transnational Organized Crime (UNTOC20)
    • Commissions
      • Commission on Narcotic Drugs
        • Drug Conventions
        • Events
        • Mandate
        • Membership & Bureau
        • Policy on Drugs
        • Publications
        • Resolutions
        • Sessions
        • Subsidiary Bodies
      • Commission on Crime Prevention and Criminal Justice
        • Events
        • Mandate
        • Membership & Bureau
        • Policy on Crime
        • Programme Network Institutes
        • Resolutions
        • Sessions
      • Vienna-based Commissions
        • 2030 Agenda
        • General Assembly and ECOSOC
        • Organizational information
      • FINGOV
      • Secretariat to the Governing Bodies
    • Crime Congress
    • dataUNODC
    • eLearning
    • Evaluation
      • Evaluation Reports
        • By topic
          • Countering transnational organized crime and illicit trafficking/drug trafficking
          • Prevention, treatment and reintegration, and alternative development
          • Countering corruption
          • Terrorism prevention
          • Justice
          • Research and trend analysis and forensic
          • Policy support
          • Country/Regional Programmes
        • By year
          • 2020
          • 2019
          • 2018
          • 2017
          • 2016
          • 2015
        • By region
          • Africa and Middle East
          • Europe and West/Central Asia
          • Latin America and the Caribbean
          • South Asia
          • Southeast Asia and the Pacific
          • Global
      • Tools and Guidance
        • Evaluation Handbook
        • Guidance for Project/Programme Managers
        • Norms, tools, templates, guidelines, etc.
        • Unite Evaluations
        • Evaluation Step by Step
        • Evaluation in the Project/Programme cycle
      • Evaluation-based knowledge products
        • Meta-Analyses
        • Thematic analyses
        • UNEG and other UN resources
      • Capacity Development and SDGs
        • National Evaluation Capacity Building
        • Evaluation and SDGs
      • Human Rights and Gender Equality
      • UNEG and UN resources
      • Evaluation News
      • About IES
        • Evaluation Policy
    • Gender
      • Overview
      • Highlights
      • Resources
      • Multimedia
      • Contact us
    • Human rights
      • UNODC and Human Rights
        • Gender equality
        • Access to justice
        • Making the world safer
        • Health
        • Knowledge base
      • Highlights
      • Resources
      • Statements
      • Multimedia
    • International Cooperation
      • Inter-Governmental Bodies
      • Databases
      • Directories
      • Publications and tools
      • Technical assistance
      • Networks
      • E-learning
      • News and Events
    • Laboratory and forensic science services
      • Resources
      • Partners
      • Contact us
      • Laboratories
      • Law Enforcement
      • Science and Policy
    • Legal tools
      • Model Legislation
    • Research
      • Drug trafficking
      • Global Study on Homicide
      • Research on Trafficking in Persons
      • Research on Smuggling of Migrants
      • Drug cultivation, production and manufacture
      • Drug use
      • Transnational organized crime
      • Corruption & victimization
      • Crime & criminal justice
      • Illicit Financial Flows
      • Statistics
      • Synthetic drugs
      • Wildlife
    • Response to the Opioid Crisis
      • The Strategy
      • Resources and tools
      • Highlights
      • Stories and news
      • Contact us
    • Treaties
      • Convention against Transnational Organized Crime
      • Convention against Corruption
      • Single Convention on Narcotic Drugs
      • Convention on Psychotropic Substances
      • Convention against the Illicit Traffic in Narcotic Drugs and Psychotropic Substances
      • Counter-terrorism Conventions
    • UNODC Strategy 2021-2025
    • UNODC Strategic Vision for Africa 2030
    • Urban Safety and Good Governance
      • Mexico City
      • Nairobi
      • Tashkent
      • Tools and resources
        • Policing
        • Crime Prevention
        • Criminal Justice Reform
        • Prison Reform
        • Countering TiP/SOM
        • Alternative Livelihoods
        • Terrorism Prevention
        • Prevention and Treatment
        • Countering Money Laundering
        • Customs
        • Airports
        • Seaports
        • Container Control
        • Countering Corruption
        • Countering Cybercrime
        • Community Engagement
        • Sports
      • Urban Safety Governance Approach
  • Information For
    • Member States
    • Civil Society
    • UNODC´s partners
  • About us
    • Annual Appeal
    • Annual Report
    • Employment opportunities
    • Evaluation
    • Funding and partnerships
    • Goodwill Ambassadors
    • International days and campaigns
    • Leadership
    • Library
    • Procurement
    • Publications
    • Sustainable Development Goals
    • Speeches
    • Contact UNODC
  • Field Offices
    • Europe and West and Central Asia
      • Afghanistan
      • Central Asia — Regional Office
      • South Eastern Europe
      • Iran, Islamic Republic of
      • Regional Programme for Afghanistan and Neighbouring Countries
      • Pakistan
    • Africa and the Middle East
      • Eastern Africa
      • Middle East and North Africa
      • Southern Africa
      • West and Central Africa
      • Nigeria
    • Latin America and the Caribbean
      • Central America and the Caribbean
      • Bolivia
      • Brazil and Southern Cone
      • Colombia
      • Mexico
      • Peru and Ecuador
    • South Asia, East Asia and the Pacific
      • South East Asia and the Pacific
      • — Cambodia
      • — Indonesia
      • — Lao PDR
      • — Myanmar
      • — Thailand — Regional office
      • — Viet Nam
      • South Asia
      • — Regional Office for South Asia
    • Liaison Office — Brussels
    • Liaison Office — New York
  • Quick Links
    • Civil Society Engagement
    • Commission on Crime Prevention and Criminal Justice (CCPCJ)
    • Commission on Narcotic Drugs (CND)
    • Conference of the Parties to the United Nations Convention against Transnational Organized Crime and its Protocols (UNTOC/COP)
    • Conference of the States Parties to the United Nations Convention against Corruption (COSP)
    • Doha Declaration Global Programme
    • Glo. ACT
    • IMOLIN — the international money laundering information network
    • International Day against Drug Abuse and Illicit Trafficking (26 June)
    • Paris Pact Initiative
    • SHERLOC knowledge management portal
    • track4tip
    • Treatnet
    • United Nations drug, crime and terrorism treaties
    • United Nations system website locator
    • United Nations Trust Fund for Victims of Human Trafficking
    • UNODC Youth Initiative
    • World Drug Report
  • COVID-19 Response

???404-more???

United Nations Office on Drugs and Crime

  • Home
  • Contacts
  • Fraud Alert
  • Legal Notice

Активистки о правах женщин в Киргизии, Узбекистане, Азербайджане и Казахстане

Мы поговорили с активистками из стран постсоветского пространства, в которых все еще есть домашнее насилие, похищения невест, ранние браки и неравные зарплаты, и попросили их рассказать, как в их странах обстоят дела с правами женщин, зачем им нужен феминизм и за что они борются.

Киргизия: похищения невест, гендерное неравенство

Я живу с семьей в пригороде Бишкека, занимаюсь бизнесом (дистрибьютор российской компании, производящей экопродукты). Я волонтерила в «Бишкекских феминистских инициативах» с 2013 года, а в ноябре 2018 года стала председательницей проекта. Это площадка, цель которой — продвигать феминистские ценности для расширения прав и возможностей женщин.

Мы проводим тренинги, организуем лагери, выставки, марши и пикеты за права женщин. Чаще работаем с подростками и девушками, но не ограничиваемся возрастом, местом жительства, политическими или религиозными убеждениями.

Для меня феминизм — это не академическое направление, политика или работа, а способ выжить. Женщины делают это по-разному: кто‑то встраивается в патриархальную матрицу, кто‑то старается, насколько возможно, обходить ее стороной, кто‑то борется. Я выбрала третий вариант. Так я выражаю себя, свое видение справедливости, общественных отношений. 

Активизм — это активная гражданская позиция на тему, которая тебе не безразлична. Меня волнует, что женщинам небезопасно жить в Кыргызстане, келинок (жены. — Прим. ред.) эксплуатируют, а девушек похищают. Раз уж посчастливилось родиться женщиной в патриархальном обществе, нужно каждый день отстаивать свои интересы, говорить громче, требовать. Так мы расширяем границы не только для себя, но и для всех женщин Кыргызстана — для своих сестер, подруг, дочерей.

Основная проблема страны в том, что женщину не считают человеком наравне с мужчиной. В Кыргызстане до сих пор могут похитить девушку, и это не будет чем‑то необычным. Похититель (и во многих случаях и насильник) может не понести наказания, а девушку принудят выйти за него замуж и всю жизнь обслуживать.

Каждый день у нас похищают до 30 девушек для вступления в брак, и ни государство, ни правоохранительные органы не торопятся с этим бороться. В некоторых семьях девочек воспринимают как гостей, которые скоро покинут дом.

В новой же семье в большинстве случаев невестка (келин) — это безмолвная рабочая сила, у которой появится право голоса, только когда вырастут ее дети.

Кыргызская женщина оказалась между наковальней и молотом. Целое поколение девушек разрывается между требованиями, которые на них накладывают патриархальные традиции, советское наследие, различные течения ислама, «погоня за счастьем». Без доступной и качественной информации их носит из стороны в сторону. Государство же, вместо того чтобы повышать качество образования и культурный уровень, усугубляет ситуацию, не определившись с общим курсом в этом вопросе.

Пока что мы единственная феминистская организация в стране, и нам не хватает физических ресурсов охватить весь Кыргызстан. Но мы активно используем медиатехнологии, которые в разы ускоряют работу, делают ее эффективнее и безопаснее. Стараемся проводить больше мероприятий в регионах — хотя бы онлайн. В этом году при нашей поддержке прошли встречи и тренинги на юге страны, где быть феминисткой буквально опасно для жизни.

Мы организовали три крупных феминистких мероприятия, которые старались запретить и сорвать. Два года назад на марш устроили массовую медиаатаку, нашу повестку намеренно перевернули с ног на голову, тысячи троллей писали хейт-спичи. Тогда я больше месяца не выходила из дома.

На марше в прошлом году на нас напали. Участницы получили увечья, мы понесли финансовые убытки, два месяца подготовки были растоптаны за считаные минуты спортивными ребятами в масках.

После этого нас задержали, увезли в РОВД и не пускали к нам адвокатов. На выставку феминистского искусства «Феминнале» также приходили агрессивно настроенные молодые люди, требовали от министерства культуры запретить нас. По домашним адресам наших активисток постоянно приходят с проверками, но это происходит в отношении всех правозащитников.

Отношение властей к активисткам демонстрирует дело писательницы Алтын Капаловой, которая дала своим детям матчество. В действующем законодательстве прописано, что отчество дается по имени отца либо других мужчин по отцовской или материнской линии. Но достоверность этих имен никто не проверяет: можно назвать любое имя, хоть Брэд Питт, и по нему запишут отчество. Самое интересное, что Алтын — это также и мужское имя. Но Алтын публичная личность, она заявила, что это ее имя, и департамент регистрации населения и актов гражданского состояния ГРС зачем‑то решил все «исправить».

Подробности по теме

Марьевна, Альмировна, Раисовна: женщины, которые заменили отчество на матчество

Марьевна, Альмировна, Раисовна: женщины, которые заменили отчество на матчество

Если бы они «промолчали», этот кейс бы забылся через некоторое время. Сколько бы женщин решили дать детям матчество в нашей стране? Единицы. Но теперь мы должны идти до конца. Мы будем требовать изменения законодательства: введения матчества и возможности ставить фамилии по материнскому имени (сейчас это также запрещено).

Нас стараются притеснить, хотя мы не представляем угрозы властвующим структурам. Мы не всегда знаем их истинные мотивы, кроме того что их не устраивает сильное гражданское общество. Есть предположение, что население так старательно оберегают от феминистского влияния с целью угодить патриархально настроенной части и, соответственно, электората.

Чаще всего наши мероприятия и их последствия бурно обсуждаются в медиа. Я считаю, что это нам только на пользу. Когда про нас говорят депутаты в парламенте, президент на ежегодной пресс-конференции, религиозные лидеры страны на встречах с последователями, они не могут не коснуться сути проблем.

Они говорят на всю страну, что «есть феминистки, которые считают, что права женщин ущемляются». Неважно, что эти люди скажут дальше, о нас узнает наша аудитория — девушки, до которых мы бы не дошли. И в случае необходимости смогут нас найти.

Узбекистан: многоженство, ранние браки, домашнее насилие, сложности с разводом, стигматизация

Ирина Матвиенко, 38 лет

Основательница информационного проекта против насилия «НеМолчи.Уз», фемактивистка, журналистка

Я всегда занималась чем‑то социально-активным: проводила сборы для лечения детей с лейкозом и хотела открыть благотворительный фонд, но министерство юстиции четыре раза отказало мне. В 2016 году у нас сменилась власть и пришел новый президент. Начались реформы, и в публичных дискуссиях стали поднимать разные вопросы, но какие‑то все еще были закрыты — в том числе тема домашнего насилия. При бывшем президенте у нас было настоящее табу на обсуждение этой проблемы, ее будто не существовало.

15 июля 2017 года я запустила проект (тогда это была просто страница в фейсбуке), на которой писала о насилии и несправедливости по отношению к женщинам. Полгода я вела ее анонимно, опасаясь за свою безопасность, а в конце января 2018 года президент публично поднял тему домашнего насилия. [После него] это начали делать другие организации, и я тоже рассказала, что веду свой проект на эту тему.

В Узбекистане у женщин проблем вагон и маленькая тележка. У нас тяжелое советское наследие, узбекистанское общество обладает сильными патриархальными устоями, много религиозных консерваторов. Все это влияет [на права женщин]. И хотя в исламе наше положение оценивается высоко, не все мужчины так считают. В стране развито многоженство, хотя по законодательству оно запрещено. Если такое происходит, то все должно быть так, как прописано в Коране: мужчина может жениться только с разрешения первой жены и обязан обеспечивать их обеих наравне. Но фактически он заводит любовницу, которую может в любой момент выгнать и не нести ответственность за общих детей.

В наших консервативных семьях девочкам с детства внушают, что их главная задача — хорошо выйти замуж. В Узбекистане развиты договорные браки. Родители могут решить, что их дочери пора выходить замуж, даже если она еще учится в школе, потому что к 25 годам девушка считается старой.

Подробности по теме

Браки с насильниками и кража невест: как девушек в России выдают замуж против воли

Браки с насильниками и кража невест: как девушек в России выдают замуж против воли

А еще здесь нереально сложно развестись. У нас даже есть формулировка в постановлении пленума верховного суда, что взаимное желание супругов не основание для развода, если есть общие дети. В суде паре дают полгода на раздумья, и если спустя это время супруги снова подают иск, все повторяется. Так у людей годами не получается развестись. Они уже могут жить с новыми партнерами, жить в другой семье, но формально все еще будут состоять в браке. Это также касается жертв домашнего насилия.

Есть кейсы, когда девочки обращались в суд, чтобы у них была бумажка, доказывающая, что мужья совершали насилие. С этим документом они подавали на развод, надеясь, что это поможет быстрее провести процесс, — не работает. Суд не принимает это во внимание.

В Узбекистане есть стереотипы в отношении девушек после развода. Разведенный мужчина — вполне себе нормальный человек, он может заново жениться, ему даже найдут девственницу. А женщина — уже не товар.

Мало того что после развода сложно устроить личную жизнь, это еще и влияет на семью. Если у разведенных женщин есть незамужние сестры, то шансов, что к ним придут свататься, меньше. Недавно мне написала девушка, которую избивает муж. Я сразу же сказала, что нужно уходить от него, на что она ответила: «У меня есть сестренка, если я сейчас уйду, ее никто не заберет. Поэтому я потерплю, пока она не выйдет замуж».

Реакция на работу нашего проекта зависит от тем, которые мы поднимаем. Если пишем о домашнем насилии, то практически всегда встречаем поддержку. Если говорим о феминизме, то можем получить критику. На днях мы запустили конкурс «8 Марта — не про цветы». Тут же пришли мужчины и женщины, которые стали обвинять нас, что мы запрещаем дарить букеты, или писать, что «вам не покупают цветы, вот вы и озлобились».

Подробности по теме

«Оставайтесь такими же красивыми»: как не надо поздравлять с 8 Марта

«Оставайтесь такими же красивыми»: как не надо поздравлять с 8 Марта

Один раз подруги с кем‑то обсуждали меня и сказали: «Ира ходила с детьми куда‑то». Тогда собеседник удивился: «А что, у нее есть дети? А она еще и замужем?» У нас очень стереотипные представления о феминизме: небритые ноги, неухоженность, 40 кошек, одиночество.

Власти в Узбекистане делают вид, что феминизма не существует. Да, тему насилия над женщинами обсуждают, но фемсообщества и фемдвижения при этом усиленно не замечают. Я сравниваю нашу ситуацию с движениями в Казахстане и Кыргызстане, и там хотя бы существуют официально зарегистрированные организации, о них говорят в СМИ.

Слово «феминизм» на государственном уровне исключено — его не запрещают употреблять, просто сами чиновники его не произносят. Работает принцип: если мы что‑то не называем, то этого не существует.

У нас пытаются подменять некоторые термины нейтральными словами. Например, какое‑то время все говорили и писали «семейный конфликт» вместо «домашнее насилие». Или же вместо слова «насилие» используют «притеснение».

Во всем мире существует понятие шелтеров или же кризисных центров для женщин, у нас их называют «центрами реабилитации». Шелтер — это убежище, но не может же быть, чтобы женщине у нас приходилось от кого‑то скрываться.

Я думаю, что публичное обсуждение властью темы домашнего насилия все же формальное. Да, в 2019 году у нас приняли закон «О гарантиях равных прав и возможностей для женщин и мужчин» и закон «О защите женщин от притеснения и насилия». Но прошло время, и я вижу, что первый (я его называю «Закон о гендерном равенстве») ничего не значит: непонятно, как его применять, какое наказание следует за его нарушение. Это просто бумажка, сделанная для международного сообщества, чтобы они не тыкали на нас в отчетах.

Закон о защите женщин ввел понятие охранного ордера. Но большинство из тех, кто получают их, продолжают жить с насильниками. Жертва все равно остается один на один с агрессором, который может забить ее еще сильнее — тогда она точно больше не обратится за помощью. Выдают охранные ордера очень быстро, но это работа на количество, а не на качество. Такую систему надо менять.

Азербайджан: домашнее насилие, гендерные стереотипы, бытовое неравенство

Зумруд Джалилова, 27 лет

Консультант и тренер по теме гендерного равенства, менеджер по проектам

Я родом из Азербайджана. Недавно переехала в Великобританию, однако продолжаю работать на благо азербайджанского общества: провожу тренинги, веду группу Gender Talks на фейсбуке и работаю с разными правительственными, неправительственными и молодежными организациями.

Феминизм необходим для развития любого общества, и я считаю, что любой мыслящий человек не станет отрицать его важность и положительную роль. Можно не соглашаться с различными положениями движения, однако те, кто категорически выступает против него, — приверженцы тирании, авторитаризма и всех несуразных и устаревших патриархальных идей.

Важно, что вопросы, которые феминистки поднимали в течение десятилетий, наконец оказались в центре внимания — сексуальное, физическое, экономическое насилие и принуждение, объективация, гендерный дисбаланс в разных индустриях, системное и структурное неравенство.

Лично мне нужен феминизм, чтоб изменить нынешнее положение вещей и продвигать прогресс, способствовать транспарентности (открытость, прозрачность. — Прим. ред.) и участию женщин во всех сферах жизни общества. Я занимаюсь активизмом в вопросах гендерного равенства, потому что права людей ущемляются, а кем‑то и вовсе не признаются. Считаю, что свободы, ресурсы и возможности принадлежат в равной степени всем.

Каждый, кто верит в справедливость и равные права для женщин, по определению феминист или феминистка. Но, разумеется, мы сами выбираем, обозначать себя так публично или нет.

Я помню, как в 2013 году впервые услышала про движение феминисток — у меня пошли мурашки и хлынули слезы, потому что я наконец-то обрела то, чего мне не хватало. Я поняла, за что боролась всю осознанную жизнь — союз активных женщин, идея гендерного равенства и социальной, политической и экономической справедливости. Я стала изучать тему и узнала, что движение имеет несколько направлений (сначала я относила себя к либеральному феминизму, а затем узнала про интерсекциональный), соприкасается с другими науками и очень динамично развивается.  

Подробности по теме

Феминистки с инвалидностью — о табу на секс, конкурсах красоты и борьбе с насилием

Феминистки с инвалидностью — о табу на секс, конкурсах красоты и борьбе с насилием

Проект, который я делаю, — самая инклюзивная онлайн-группа в Азербайджане, которая функционирует на английском, русском и азербайджанском. Это платформа для обмена информацией и обсуждения различных вопросов гендерной тематики. Наша цель — просвещение и устранение [гендерных] стереотипов. Мы продвигаем феминизм, работаем над коллективными письмами и обращениями, поддерживаем арт-проекты, а также помогаем участникам с трудоустройством или учебой (делимся вакансиями и информацией о стипендиальных программах).

Необходимы разные реформы, сильные и прозрачные институты, которые работали бы на благо всех людей, а не только привилегированных. Нужно качественное образование, репрезентация женщин на всех уровнях власти, искоренение коррупции, климатическая справедливость и многое другое — все это требования феминизма. Насколько мне известно, внутренняя, а также внешняя политика нынешнего азербайджанского правительства совпадает с этой стратегией.

Если говорить о проблемах женщин, то в нашей стране это прежде всего насилие из‑за токсичной маскулинности и гендерных стереотипов, патриархальных устоев.

Ко мне часто обращаются за помощью, и почти всегда это случаи домашнего насилия. Также стоит отметить предвзятость к проблемам и нуждам девушек. В нашем обществе любят сравнивать женщин с цветком и называть их «ханум» (леди), однако это показное уважение. Не все считают нужным давать девушкам возможность учиться и самостоятельно принимать решения, строить личную жизнь. Мужчины все еще «считают, что не готовы и не должны» делить бытовые обязанности и полноценно участвовать в воспитании детей.

Проблема ущемления прав женщин и гендерного неравенства довольно актуальна среди молодежи. Они много читают, погружаются в тему, поэтому у них адекватное, нестигматизированное и не осуждающее отношение к феминизму. Но все же активно участвуют в деятельности движения в основном те, кто ущемлен и угнетен. Остальным не до этого. Они спокойно живут в патриархальном мире, зарабатывают деньги и не хотят ничего менять.

Правительство слабо, но поддерживает гендерное равенство (оно прописано в законе). При этом в стране крайне мало специалистов, которые могут организовывать работу различных социальных служб, шелтеров. Например, недавно в Азербайджане запустили горячую линию по вопросам гендерного насилия, но, по словам тех, кто туда обращался, механизм работы пока не отлажен. 

Казахстан: бытовое насилие, неравенство в зарплатах, стигматизация

Лейла Зулейха Махмудова

Соосновательница организации FemAgora

Я живу в Алма-Ате, в Казахстане. Я три года делала TED x Women, а в последние несколько лет я развиваю феминистскую инициативу FemAgora, занимаюсь укреплением феминистской реальности в Казахстане и в целом в Центральной Азии. В 2017 году мой друг Молдияр Ергебеков предложил организовать мероприятие, которое покажет революционную суть Международного женского дня, и провести его в знак солидарности с теми, кто отстаивает права женщин. Хотелось сделать праздник феминисток, феминистов и профеминистов, потому что тогда все корпоративные мероприятия были связаны с очень узким, мизогинным пониманием женского счастья.

Бытовое насилие, неравенство в зарплатах, слабая представленность женщин в руководстве — самые заметные проблемы в Казахстане.

Еще есть множество проблем, связанных с нашей культурой и законами, которые касаются сильно дискриминируемых групп. Я говорю о правах и положении представителей ЛГБТИК-сообщества, трансгендерных людей, мигранток, секс-работниц. Иногда либеральные площадки, медиа или даже сами феминистские сообщества могут их стигматизировать или виктимизировать. Одна из задача FemAgora — обеспечить им возможность быть видимыми.

Марш в Алма-Ате, который мы проводим в Международный женский день, проходит при соорганизации пяти феминистских инициатив: FemAgora, Feminita, KazFem, SVET, «ФемСреда». В 2021 году нам впервые его одобрили — все пройдет официально и безопасно.

Помимо того что активистки рискуют получить судебные иски, всегда есть риск физического насилия. В стране есть культурная стигма в отношении феминисток. Из‑за того что наш марш официально согласован и везде анонсируется, мы получаем все более серьезные угрозы от агрессоров-мужчин. Например, за нашу деятельность нас обещают «проводить до травмпункта». То, что мы можем публично быть феминистками, невыносимо для таких людей. Они считают, что это ущемляет их права. Думают, что если мы сможем развиваться, то будем притеснять их.

Подробности по теме

«Нужно смотреть дальше цвета кожи»: как в России травят блогерку с африканскими корнями

«Нужно смотреть дальше цвета кожи»: как в России травят блогерку с африканскими корнями

Думаю, что проблема с репрезентацией существует из‑за государства. Оно имеет ресурсы, чтобы образовывать людей, имеет влияние на СМИ, через которые может объяснять, что наша деятельность — в интересах общества. Однако власти до сих пор закрыты к идеям феминизма, поэтому таким небольшим группам, как наша, прилетает больше всего. Мы кажемся радикальными и невозможными для принятия.

Однако я полагаю, что не сильно отличаюсь от тех, кто пишет нам гневные комментарии. Просто мне повезло иметь нужные ресурсы, чтобы разобраться в вопросе. Если бы то же самое было у этих людей, это помогло бы лучше понять нашу деятельность, спокойно относиться к ней или даже присоединиться.

В Казахстане с 2009 года существует закон «О профилактике бытового насилия». В его принятии важную роль сыграла деятельность женских правозащитных организаций, в том числе и феминистских, которые активно лоббировали эту тему. Но нужно понимать, что сейчас он нерабочий. Правозащитницы уже несколько лет говорят о том, что его нужно реформировать.

Группы, которые активно бойкотировали работу над законом, и их методы называют очень похожими на российские. Говорят, что мы тоже идем по российскому сценарию, по которому проект закона отклоняется снова и снова. Сейчас государство не показывает приверженность принципам обеспечения безопасности женщинам и непоследовательно в своих действиях.

Подробности по теме

«Это приведет к геноциду семьи»: как в Госдуме обсуждали законопроект о домашнем насилии

«Это приведет к геноциду семьи»: как в Госдуме обсуждали законопроект о домашнем насилии

Права человека: женщины за мир

Какую роль играют в конфликтах женщины?

Женщин долго рассматривали в качестве жертв. Но сейчас они делают важную работу во многих кризисных регионах: они ведут переговоры с боевиками, создают безопасные зоны и обеспечивают гуманитарные коридоры. Без мужественного протеста женщин, которые каждый день выходят на улицы, не были бы возможны такие события, как, например, мирная революция в Судане. Сейчас женщины борются за демократию в Беларуси. Поэтому Германия в качестве непостоянного члена Совбеза ООН в 2019/2020 годах выступает за реализацию повестки дня «Женщины, мир, безопасность».

А что включается в себя эта Повестка?

20 лет назад Совбез ООН принял соответствующую резолюцию, где заявил о необходимости участия женщин в создании и сохранении мира. С тех пор безопасность и предотвращение конфликтов понимаются как права человека и, в частности, право женщин. Чтобы понять, какой вклад внесла Германия, советуем ознакомиться с исследованием, опубликованным как раз к годовщине резолюции.

А что конкретно может сделать Германия?

До сих пор женщин редко встретишь именно в составе официальных миротворческих делегаций, хотя разные исследования показывают, что их присутствие сильно повышает шансы на успех. Германия поддерживает участие женщин в политических процессах, например, посредством деятельности фонда Women’s Peace & Humanitarian Fund. Вместе с партнерами вроде medica mondiale или Международной организации по вопросам миграции (IOM) Федеральное правительство содействует медицинской и психосоциальной поддержке женщин, пострадавших от сексуального насилия. Кроме того, Германия в качестве со-инициатора участвует в работе организации African Women Leaders Network.

А как сами женщины оценивают ситуацию?

Виртуальная выставка «Нет мира без женщин», проведенная Министерством иностранных дел, дает возможность высказывания самим женщинам. Еще можно упомянуть «Досье Фонда им. Генриха Бёлля»: оно знакомит нас с портретами замечательных женщин, которые борются за мир и безопасность. Их истории – впечатляющий пример того, что можно сделать, если захотеть. А сколько всего еще только предстоит сделать!

© www.deutschland.de

You would like to receive regular information about Germany? Subscribe here:

Как саудовские женщины нарушают запреты и борются за свои права

Автор фото, Twitter

Подпись к фото,

В Саудовской Аравии женщины обязаны носить головные платки и абаи — свободные одежды, закрывающие женщину с головы до ног: появление на улице девушки в мини-юбке недопустимо

Чтобы спровоцировать громкий скандал и привлечь к себе внимание всей страны женщине в Саудовской Аравии достаточно сесть за руль или пройтись по безлюдной улице в мини-юбке — и выложить видеозапись своих «провокационных действий» в интернет.

На этой неделе такой скандал спровоцировало видео с саудовской моделью Хулуд, прогуливающейся по древнему форту Ушайкир в мини-юбке и коротком топе.

Видео быстро разлетелось в «Твиттере». Мнения разделились: часть пользователей считает, что Хулуд должна быть наказана, другие настаивают на ее праве носить то, что она хочет.

Для консервативной Саудовской Аравии, где подавляющее большинство женщин выходит из дома исключительно в широкой абае, появление на улице девушки в мини-юбке — вызов устоявшимся нормам.

Но с ростом популярности соцсетей таких «вызовов» со стороны женщин, защищающих свои права, стало заметно больше.

Ряд известных в Саудовской Аравии женщин считают борьбу за гендерное равноправие в стране одной из своих главных задач. Кто-то из них может позволить себе более «провокационные» действия, кто-то — менее, чтобы не вызвать осуждения со стороны относительно либеральных кругов в Саудовской Аравии.

«Когда вы меняете условия, в которых находится женщина, и даете ей больше возможностей, меняется жизнь всей семьи», — говорит саудовская телеведущая Муна Абу Сулейман, у которой в «Фейсбуке» более 1,2 млн подписчиков.

Автор фото, Facebook

Подпись к фото,

Муна Абу Сулейман никогда не появляется на публике без хиджаба, но ее все равно постоянно критикуют за слишком «свободные нравы»

Будучи публичной фигурой, 44-летняя Муна не позволяет себе неосторожных поступков, которые могли бы вызвать скандал. Тем не менее она постоянно становится объектом для критики.

Муна Абу Сулейман стала первой саудовской женщиной-телеведущей, появившейся на международном телеканале. Уже этого было достаточно, чтобы вызвать осуждение со стороны многих ее соотечественников. Критики указывали на то, что женщина, согласно канонам ислама, не должна быть публичной фигурой, и ей стоило бы держаться подальше от телекамер. В адрес ведущей поступали угрозы, так что в какой-то момент ей пришлось «позаботиться о безопасности своих детей».

Она почти никогда не появляется на публике в черной абае, которую носит подавляющее большинство ее соотечественниц. Телеведущая, у которой есть собственная линия модной одежды, предпочитает надевать закрытые, но яркие наряды, которые сильно отличаются по фасону от одежды местных консервативных мусульманок. При этом она говорит, что не нарушает никаких религиозных предписаний и могла бы не носить хиджаб.

Муна Абу Сулейман родилась в Филадельфии, окончила Университет Пенсильвании, а затем училась в Университете Джорджа Мейсона, Международном исламском университете Малайзии и Университете короля Абдулазиза.

В 2007 году она стала первой женщиной из Саудовской Аравии, назначенной послом доброй воли ООН.

«Я хочу, чтобы девочки понимали, что у них почти нет ограничений в выборе», — говорит Муна Абу Сулейман. Она считает, что в Саудовской Аравии, где сейчас работают только 15% женщин, молодые мусульманки тоже должны иметь возможность реализовываться в профессии.

Об этом Муна Абу Сулейман говорит публично, выступая в вузах и по телевидению.

Она считает, что у женщин должна быть возможность работать, создавать семью и оставаться при этом независимой. По ее мнению, в современном мире в интересах женщин не работает ни одна из существующих систем — ни традиционная исламская модель, которая подавляет волю женщин, ни западная модель, которая заставляет женщин соревноваться с мужчинами.

Принцесса Амира ат-Тавиль

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Амира ат-Тавиль уверена, что, даже отказавшись от хиджаба и абаи, она остается вполне правоверной мусульманкой

33-летняя принцесса Амира ат-Тавиль, выпускница американского Университета Нью-Хейвена, стала публичной фигурой после своего замужества. Она вышла замуж за миллиардера — принца аль-Валида ибн Талала Аль-Сауда, который старше ее на 28 лет (в 2013 году пара развелась), и стала вице-председателем созданного им благотворительного фонда Alwaleed Philanthropies.

На публичных мероприятиях она почти всегда появляется в европейской одежде и с непокрытой головой. Это возмущает саудовскую консервативную общественность куда больше, чем яркие наряды Муны Абу Сулейман, выдержанные в рамках мусульманских традиций.

Принца аль-Валида ибн Талала неоднократно призывали «контролировать жену», чтобы та не подавала «дурной пример» правоверным мусульманкам.

«Все начинается с гражданских прав. Нет никаких закрепленных письменно гражданских прав для женщин, которые, тем не менее, являются гражданами страны. В министерстве юстиции уверяют, что работают над этим. Тем не менее [женщинам] прав еще никто не дал — напротив, их отобрали», — говорила Амира ат-Тавиль в интервью Си-эн-эн в 2012 году.

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

Принцесса Амира публично выступала в поддержку прав женщин в Саудовской Аравии

Тем, кто критикует ее за немусульманскую одежду, она отвечает так: «Я не представляю всех женщин Саудовской Аравии. Я представляю поколение молодых саудовских женщин».

Принцесса Амира неоднократно публично выступала в ряде американских СМИ в поддержку предоставления женщинам Саудовской Аравии права управлять автомобилем. Она поддерживала активисток, которые решались на «акции неповиновения»: садились за руль, а потом выкладывали в социальных сетях видео того, как они ведут автомобиль.

«Я думаю, что это наша задача — бороться за наши гражданские права. Власти движутся в этом направлении и проводят много реформ, но нам самим необходимо развиваться как гражданскому обществу, развивать НКО», — убеждена Амира ат-Тавиль.

Закон не запрещает саудовским женщинам водить напрямую, однако исламское руководство страны де-факто поддерживает это ограничение из-за системы опекунства, законодательно закрепленной в Саудовской Аравии. Женщинам нельзя выходить из дома без сопровождения мужчины — обычно близкого родственника, а кроме того, разрешение от мужчины зачастую требуется для совершения разных дел — например, на открытие счета в банке.

Одна из самых известных саудовских активисток Маналь аль-Шариф шесть лет назад провела девять дней в тюрьме Саудовской Аравии за «вождение автомобиля лицом женского пола».

Автор фото, Getty Images

Подпись к фото,

В июне была опубликована книга Маналь аль-Шариф «Daring To Drive: The Young Saudi Woman Who Stood Up To A Kingdom Of Men» («Отважиться на вождение: Молодая саудовская женщина, бросившая вызов королевству мужчин»)

По ее словам, однажды вечером она безуспешно пыталась найти такси, чтобы добраться до дома. На улице к ней начали приставать мужчины, и она даже начала опасаться, что ее могут похитить.

Ее так возмутила эта ситуация, что позднее она решила сама сесть за руль машины и опубликовать видео на YouTube. Всего за один день его посмотрели 700 тысяч раз. Так она начала кампанию за право вождения автомобиля женщинами в Саудовской Аравии.

«Боже мой, это было потрясающе. Когда я сидела в тюрьме, девушки садились за руль, снимали это на видео, публиковали — это был акт гражданского неповиновения. Размах акции был огромный! Я думала, что, после того как меня посадили, движение умрет. Но когда меня отправили в тюрьму, что-то действительно изменилось. Все больше и больше женщин находили в себе смелость во всеуслышание объявить, что они водят машину», — рассказала активистка в интервью BBC Radio 4.

В июне в свет вышла книга Маналь аль-Шариф «Daring To Drive: The Young Saudi Woman Who Stood Up To A Kingdom Of Men» («Отважиться на вождение: Молодая саудовская женщина, бросившая вызов королевству мужчин»).

«Вождение — это символ гражданского неповиновения, символ перемен в Саудовской Аравии. Мне 38 лет, я мать двоих детей, я инженер компьютерных систем, и я все еще фактически считаюсь несовершеннолетним, недееспособным человеком. Я несовершеннолетняя с рождения и до самой смерти. Я — как собственность, которая передается от моего отца моему мужу или брату, если мужа нет, или даже сыну — моему собственному сыну. Рожать собственного опекуна! Это и есть система опекунства», — заявляет Маналь аль-Шариф.

Еще одна активистка движения за права женщин, 28-летняя активистка Лоуджан Хатлуль, получила широкую известность после своего ареста в декабре 2014 года. Ее задержали после того, как она попыталась въехать в королевство на машине из соседних Объединенных Арабских Эмиратов.

Вскоре после этого была арестована и Майса Амуди — проживающая в ОАЭ саудовская журналистка, которая пересекла границу, чтобы поддержать Хатлуль. У обеих женщин десятки и сотни тысяч подписчиков в «Твиттере».

Автор фото, Twitter

Подпись к фото,

У Лоуджан Хатлуль сейчас почти 300 тысяч подписчиков в «Твиттере»

Тогда Лоуджан Хатлуль провела в тюрьме около двух месяцев. Правозащитники Amnesty International признали активистку узницей совести. А в 2015 году Хатлуль вошла в ежегодный список 100 самых влиятельных арабских женщин по версии Arabian Business Magazine.

В июне 2017 года ее снова задержала полиция в аэропорту Эд-Даммама. Причина ареста до сих пор не разглашается, власти страны не разрешили женщине обратиться к своему адвокату или связаться с семьей.

«По всей видимости, она была под наблюдением из-за своей правозащитной деятельности, поскольку выступала в поддержку прав женщин, которые постоянно попираются в Саудовской Аравии», — заявила после недавнего задержания представитель Amnesty International Сама Хадид.

Ваджеху аль-Хувайдер, основательницу Ассоциации по охране и защите прав женщин в Саудовской Аравии, часто называют самой радикальной саудовской феминисткой и активисткой страны.

«Саудовские женщины слабы — независимо от того, насколько высок их статус, — потому что нет никакого закона, который бы их защищал. Подавление женщин и размывание их личности — это то, что происходит в большинстве семей в Саудовской Аравии», — говорит активистка.

Автор фото, Youtube

Подпись к фото,

«Многие женщины в нашем обществе умеют водить машину, и многие наши родственники-мужчины не возражают против этого», — говорит Ваджеха аль-Хувайдер

В 2008 году Ваджеха аль-Хувайдер опубликовала в сети видео, как она ведет автомобиль в Саудовской Аравии. По словам Хувайдер, публикация этой записи в интернете была приурочена к Международному женскому дню. Сразу после публикации видео посмотрели тысячи пользователей.

Тогда она стала первой активисткой, решившейся на акцию протеста после длительного затишья. До этого последняя акция протеста против запрета на вождение прошла в 1990 году, когда десятки женщин ездили по столице страны Эр-Рияду. Многих из них арестовали на сутки, их паспорта конфисковали, кое-кто из участниц акции лишился работы.

«Многие женщины в нашем обществе умеют водить машину, и многие наши родственники-мужчины не возражают против этого», — заявила тогда Ваджеха.

Ваджеха аль-Хувайдер, по разным данным, родилась в 1962 или 1963 году. Она работала журналисткой и сотрудничала с ежедневной газетой на арабском языке «Ав-Ватан» и изданием Arab News. Однако в 2003 году из-за участия в правозащитных акциях ей запретили публиковаться.

В 2006 году ее арестовали после акции протеста. Перед тем как Ваджеху аль-Хувайдер освободили, ее заставили подписать обещание, что она больше не будет заниматься правозащитной деятельностью. Ей также было запрещено выезжать за пределы Саудовской Аравии. Однако позже этот запрет был снят.

Марши, Феминнале и разговоры с «Подружкой». Как женщины Центральной Азии борются за свои права

Ситуация с правами женщин в странах Центральной Азии далека от идеальной. Насилие, дискриминация и неравноправие – это то, с чем ежедневно сталкиваются девушки и женщины региона. Традиционное патриархальное общество при этом всячески затрудняет работу феминистских сообществ. Но несмотря на это, женщины не сдаются и борются за свои права. Настоящее Время рассказывает, как именно это делают женщины в странах Центральной Азии.

Кыргызстан

Кыргызстан можно назвать самой продвинутой страной в области феминизма во всем регионе. Уже несколько лет подряд 8 марта в Бишкеке проходят марши за права женщин. Его участницы выступают против насилия и патриархальных устоев общества. Но некоторым из этих инициатив пытаются помешать сторонники традиционных ценностей.

В этом году в мероприятии участвовали порядка 500 человек. До последнего момента участницы марша боялись задержаний или нападений, но обошлось без провокаций. Основная тема надписей на плакатах – борьба с насилием. Женщины в Кыргызстане часто сталкиваются с побоями, изнасилованиями и жестокими убийствами в собственных семьях. Но наравне с этим им приходится каждый день доказывать, что они имеют не меньше прав, чем мужчины.

В 2020 году на участниц ежегодного марша напали члены националистического движения «Кырк Чоро». На место приехала милиция, но стала задерживать не провокаторов, а женщин.

За несколько месяцев до этого в Бишкеке прошла Феминнале – первая в СНГ феминистическая выставка, посвященная свободе женщин. Некоторые экспонаты и перформансы вызвали неоднозначную реакцию общества. Например, боксерская груша в виде женщины и голая девушка, которая подняла проблему защиты прав секс-работниц. В результате куратора Феминнале избили до сотрясения мозга, а директора музея ИЗО, в котором проходила выставка, уволили. Из самой экспозиции власти потребовали убрать некоторые экспонаты, которые, по их мнению, противоречат традиционным устоям общества.

Казахстан

В Казахстане феминистские движения тоже очень активны. В крупнейшем городе страны Алматы проходят мирные марши за права женщин. Участницы требуют от властей защиты от семейного насилия.

В этом году в Алматы прошел первый разрешенный женский марш. Следом состоялся и митинг. Участие в мероприятиях приняли около 700 человек. Основными лозунгами акции были: «Нет насилию», «Мое тело – мое дело», «Феминизм спасет Казахстан». Участницы марша требовали принять закон о противодействии бытовому насилию, уравнять женщин и мужчин в правах, в том числе в оплате труда.

В прошлом году марш прошел без задержаний, но через несколько дней двух организаторов акции оштрафовали за мелкое хулиганство и участие в несанкционированном митинге.

Но наиболее яркое выступление казахстанских женщин прошло в феврале 2019 года, когда многодетные матери вышли на протесты с требованием усилить социальную поддержку со стороны государства. Поводом послужил пожар в Нур-Султане, во время которого погибли пятеро детей из одной семьи, в то время как их родители работали в ночную смену. С тех пор женские митинги проходят регулярно.

Узбекистан

Прошлым летом в Узбекистане прошла первая первая публичная акция в защиту женщин. Девушки по одной выходили на улицу с феминистскими лозунгами.

Несмотря на то, что акция прошла довольно скромно, она вызвала агрессивную реакцию у общества. Но даже после такого сопротивления женщины Узбекистана продолжают бороться за свои права.

Так прошлой весной в Ташкенте состоялся международный фестиваль «Не виновата» в поддержку женщин, столкнувшихся с домашним насилием. В его рамках в различных местах города прошли кинопоказы, панельные дискуссии, лекции, концерты и выступления для сбора средств и поддержки женских кризисных центров.

Таджикистан

В Таджикистане сформированного феминистского движения нет. Более того, голос женщин не имеет решающего влияния ни в семьях, ни в государственных делах. Женские права чаще всего обсуждаются только на уровне социальных сетей.

В прошлом году фемактивистки планировали провести встречу в кафе, но администрации двух заведений отказали им в последний момент.

Помогает женщинам Таджикистана отстаивать свои права 18-летний Амиран Карацев. Он называет себя феминистом и ведет популярный в Душанбе блог в инстаграме о равноправии. По словам молодого человека, многие знакомые, узнав о его позиции, перестали с ним общаться.

Туркменистан

По мнению влиятельных международных правозащитных организаций, Туркменистан являются одной из стран, где права человека соблюдают хуже всего. Один из самых тоталитарных режимов мира жестко пресекает любые попытки даже заговорить на эту тему.

Тем не менее в инстаграме уже год существует проект Jora, что с туркменского переводится как «Подружка». Паблик открывает местным подросткам доступ к информации о своих правах. Девочек учат говорить “нет”, следить за своим здоровьем и заниматься развитием личности.

Как женщины борются с несправедливостью — Wonderzine

Весь минувший год мы говорили с женщинами, которые оказались в непростых ситуациях — от Маргариты Грачёвой, на которую напал собственный муж, до Киры Ярмыш, которая провела 25 суток в спецприёмнике. Героини рассказывали нам, как борются с несправедливостью в самых разных областях, — мы собрали для вас несколько историй, которые нас особенно впечатлили.

«Защищалась как могла»: Меня судят за самооборону

Девятнадцатилетняя Дарья Агений сопровождала детей в поездке в летний лагерь в Туапсе. Она рассказывает, что в первый же вечер в городе на неё напал местный житель и попытался изнасиловать — она отбилась от него ножом для заточки карандашей. Спустя месяц после того, как Дарья вернулась в Москву, её задержали «за причинение тяжкого вреда здоровью мужчины»

читать полностью

«Протез — это круто, но это не рука»: Маргарита Грачёва о жизни после нападения

В прошлом году Дмитрий Грачёв вывез жену Маргариту в лес рядом с городом Серпуховом. Мужчина пытал девушку полтора часа, отрубил ей кисти рук, а затем отвёз в больницу. Одну кисть руки девушке удалось восстановить, а вторую заменил протез. Мы встретились с Маргаритой в Петербурге

читать полностью

«Они хотят забыть об этом»: Я делаю тату жертвам домашнего насилия

Тату-мастер из Уфы Женя Захар делает бесплатные татуировки женщинам, пережившим домашнее насилие. Для многих её клиенток это становится своеобразной терапией и актом преодоления травматического опыта

читать полностью

«Мне удалось сбежать»: Меня пытались изнасиловать в такси

Анна Брэйн рассказала, что её попытался изнасиловать водитель Uber, но девушке удалось сбежать. Мы поговорили с Анной о произошедшем и о том, что она собирается делать дальше

читать полностью

«Брезгливость пропадает, а стыд нет»: Кира Ярмыш о 25 сутках в женской камере»

В конце мая пресс-секретаря Алексея Навального Киру Ярмыш задержали, обвинив в организации митинга «Он нам не царь» накануне инаугурации Владимира Путина, и отправили в спецприёмник на 25 суток. Отбыв срок, Кира рассказала нам, как устроен административный арест, гигиена и досуг в женской камере

читать полностью

«В тюрьме к тебе всегда будут обращаться на „ты“»: Светлана Бахмина о быте в женской колонии

Светлана Бахмина, экс-юрист «Юкоса» и фигурантка дела против нефтяной компании, оказалась в мордовской колонии № 14 в 2004 году и провела там пять лет. После выхода на свободу она вернулась к юридической практике и основала фонд помощи женщинам-заключённым «Протяни руку»

читать полностью

Активистка Мэгги Баранкитс: Я спасала детей от геноцида в Бурунди

В середине девяностых в Руанде и Бурунди жертвами массовых убийств стали как минимум 800 тысяч человек. Одной из заметных героинь того времени в Бурунди стала Мэгги Баранкитс — ей удалось спасти двадцать пять детей из массовой резни, а впоследствии помочь тридцати тысячам людей выжить, получить медицинскую помощь и найти работу благодаря проекту «Дом Шалом»

читать полностью

«Всем плевать»: Ольга Романова о женских колониях и заключённых

Мы поговорили с основательницей благотворительного фонда «Русь сидящая» о женских колониях, о том, как складывается жизнь матерей и детей, разлучённых зоной, и о том, каково это — посвятить десять лет изучению страшного мира, о котором большинство соотечественников до сих пор не знает почти ничего

читать полностью

«Дети-404»: Как я создала группу поддержки ЛГБТ-подростков

Сообщество «Дети-404» было одной из первых групп поддержки ЛГБТ-подростков, появившихся в русскоязычном интернете. Мы попросили её создательницу Елену Климову рассказать, каково это — делать гуманитарный проект в условиях постоянного давления

читать полностью

Безопасное пространство: Зачем я сделала ютьюб-канал о феминизме

Аня Сахарова рассказывает, каково делать видеоблог о том, что любая дискриминация — это плохо, в ситуации, когда популярность набирают в основном сексистские и гомофобные высказывания

читать полностью

«Моему терпению пришёл конец»: Как я остановила буллинг в классе сына

Проблема травли в школах по-прежнему остаётся острой — но это не значит, что с ней нельзя бороться. Сотрудница правительства Москвы Наталья Цымбаленко рассказывает, как ей удалось остановить травлю в школе, где учится её сын

читать полностью

«Попробуй крикнуть»: Татьяна Фельгенгауэр о жизни после нападения

В прошлом году неизвестный мужчина прорвался в редакцию «Эха Москвы» и напал на журналистку Татьяну Фельгенгауэр — он нанёс ей два удара ножом в горло. По нашей просьбе журналистка рассказала о нападении и привыкании к травме

читать полностью


ФОТОГРАФИИ:  Boconcept

Как колледж Нью-Джерси делает историю женской борьбы

ЗАКРЫТЬ

Тренировка женской борьбы NJCU в Атлетическом центре Джона Мура в Джерси-Сити в четверг, 7 января 2021 года.

NorthJersey.com

ДЖЕРСИ, Нью-Джерси — Сандра Герреро уже делала это раньше.

Бесчисленное количество раз за последние 11 лет первокурсница колледжа из Вест-Ориндж пробивалась к борцовскому ковру, чтобы провести спарринг со своими товарищами по команде. Она делала это с развлекательного уровня до средней школы.Она настолько отточила свое мастерство, что в прошлом году стала чемпионом штата и региона, установив идеальный рекорд 22-0 с 21 значком на пути к тому, чтобы стать первым чемпионом штата в своей программе.

Но столкновение с ковром в 2021 году будет другим.

В этом году Герреро оденется в зеленый и золотой костюм, представляя Университет Нью-Джерси-Сити вместе с подающей надеждой группой женщин из Нью-Джерси, Нью-Йорка и Мэриленда. Вместе команда поднимает стеклянный потолок для женской борьбы в Нью-Джерси: это первая программа женской борьбы в колледже в штате, и всего через несколько недель после их первых соревнований.

«Я так долго этим занимаюсь, — сказал Герреро после командной тренировки на прошлой неделе. «Итак, когда все эти люди называют меня первопроходцем, мне кажется, что я не единственный, кто это делает, понимаете? Это странно, но они говорят, что мы творим историю, и мне нравится быть частью истории ».

Хотя женская борьба в штате Гарден переживает бум — благодаря санкциям государства, большему количеству официальных соревнований для девочек и подрастающему поколению талантов — возможности для женщин-борцов на университетском уровне остаются ограниченными.До сих пор любая женщина-рестлер из Нью-Джерси, которая хотела продолжить борьбу в колледже, либо вступала в борцовский клуб, либо в свою мужскую команду. Или она нашла программу за пределами штата.

Благодаря программе NJCU женщины могут продолжать заниматься спортом и оставаться рядом с домом.

Наоми Генри (слева) и Джона Драмрайт во время тренировки NJCU по женской борьбе. (Фото: Майкл Карас / NorthJersey.com)

«Многие из этих девушек не рассматривают студенческую борьбу как вариант, — сказал Герреро, — но если вы посмотрите в Интернете каждый день, все больше и больше школ добавляют программы женской борьбы. что я люблю видеть.«

Для Университета Нью-Джерси-Сити сезон 2020 года должен был стать годом прорыва команды. В 2019 году университет ввел в школу мужскую и женскую борьбу, а к осени планируется расширить обе программы до полного университетского статуса. Пандемия COVID-19 нарушила повседневную жизнь, помешав дебютам обеих команд, а женская программа еще не была реализована.

Поскольку у команды только первый год, главный тренер Елена Пирожкова видит серебряную подкладку. и двукратная олимпийская чемпионка США не новичок в воспитании талантов в год, который, по сути, станет для ее борцов годом развития.Это то, чем она занималась в Центре олимпийской подготовки, будучи юной спортсменкой.

«Я думаю, что тот факт, что мы смогли начать сезон, очень важен, — сказала Пирожкова. «Я немного нервничал, потому что не знал, как все пойдет. Теперь я думаю, что мы установили хорошую командную культуру ».

Команда начала предсезонку в октябре с капитанской практики и держала все на открытом воздухе и социально дистанцировалась, чтобы соблюдать правила техники безопасности, действующие в масштабе штата. Через несколько недель команда переместила тренировку в закрытое помещение — постепенно переходя от минимального контактного разделения между двумя группами к полноконтактным упражнениям со всей командой.

Автозапуск

Показать миниатюры

Показать подписи

Последний слайдСледующий слайд

Команда регулярно проходит тестирование на COVID-19. Чтобы попасть в спортивный комплекс NJCU, спортсмены должны пройти интенсивный процесс, который включает в себя обязательную дезинфекцию рук, регистрацию своих учетных данных в школьной системе и проверку температуры.

Следуя правилам безопасности, команда тренируется три раза в неделю, время от времени устраивая виртуальные встречи, когда сезон прерывается случаями COVID-19 — около Дня благодарения борцам пришлось прекратить тренировки на несколько недель.Пандемия также ограничивает возможности команды — серьезная неудача, поскольку все другие университетские женские команды находятся за пределами штата.

Несмотря на трудности, команда смогла преодолеть пандемию и теперь ожидает своего первого раунда соревнований в феврале и марте.

«Я все время говорю девочкам: у вас есть шанс стать первым чемпионом страны для NJCU», — сказала Пирожкова.

Первый и, будем надеяться, не последний

Хотя NJCU является первым университетом в регионе, который имеет университетскую программу для женщин, другие университеты могут последовать его примеру, потому что этот вид спорта стал популярным по всему штату и по всей стране.

Пандемия была кривой, по которой спортивные факультеты по всей стране продолжают ориентироваться, поэтому может пройти некоторое время, прежде чем другой местный университет сможет запустить женскую команду по борьбе, сказал Крис Эйрес, главный тренер программы мужской борьбы в Принстонском университете.

Елена Пирожкова, тренер женской команды по борьбе NJCU, наблюдает за тренировками Ана Гомес Лима (в центре) и Локсли Майерс. (Фото: Майкл Карас / NorthJersey. com)

«До COVID был большой импульс, и теперь я просто не вижу, чтобы это произошло, пока мы не выберемся из этого», — сказал он.«Атлетические факультеты борются. Они буквально пытаются придумать, как сводить концы с концами, поэтому добавление [команды], вероятно, одна из последних вещей, о которых они думают. Но никогда не знаешь.

Тем временем, программы мужской университетской борьбы Нью-Джерси открыты для женщин-борцов. В Принстоне в состав команды входит одна участница женского пола: Деметра Янкопулос, юниорка из Йорктаун-Хайтс, штат Нью-Йорк.

«Она была феноменальной, — сказал Эйрес. «Для наших парней тоже было очень хорошо — они просто увидели ее и то, что она от этого получает.Она просто отличный член команды для всех ».

Хотя в Принстоне нет университетской программы для женщин, Янкопулос набирает в школу других женщин, чтобы они открыли свой собственный борцовский клуб, сказал Айерс. По его словам, уже зарегистрировано около 19 девушек.

В Нью-Джерси семье Эйрес приписывают помощь в развитии борцовских девочек после того, как в 2019 году они настаивали на том, чтобы они стали спортом, спонсируемым NJSIAA. Дочь Эйреса, Хлоя, старшеклассница, в прошлом чемпионка штата.По словам Эйрса, Хлоя влюбилась в спорт после того, как увидела, как борется ее младший брат.

Как отец, Эйрес осознает, насколько неприятно его дочери пользоваться ограниченными возможностями для продолжения борьбы после школы. По его словам, просто предлагая больше возможностей для женщин-борцов, это помогает спорту расти.

«Главное, что вам нужно для девушек, — это возможности», — сказал Эйрес. «Не было государственного турнира, и в штате было очень мало девушек, а затем мы добавили турнир штата, и количество девушек, участвовавших в старших классах школы, резко возросло.

Локсли Майерс (слева) и Ана Гомес Лима играют в схватку с пощечинами в рамках тренировки NJCU по женской борьбе. (Фото: Майкл Карас / NorthJersey.com)

Эйрес предсказывает, что Университет Нью-Джерси-Сити, одним из первых принявший университетскую борьбу среди женщин, позиционирует себя как центр борьбы для женщин-борцов. Спустя годы его будут помнить как место зарождения женской борьбы в колледжах в Нью-Джерси.

«Я не знал, мое ли это место»

Джона Драмрайт, новичок из Трентона, добирается до тренировок полтора часа на поезде и автобусе.Осенью она жила в университетском городке. «Это сложнее, я не собираюсь врать», — сказала она о поездке на работу. «Но это то, что [в финансовом отношении] я должен был принять это решение, и мне очень нравится борьба, так что это не похоже на самую большую икоту».

Молодой борец полюбил спорт около трех лет назад. Она привыкла быть единственной девушкой в ​​комнате на соревнованиях. В 2019 году она участвовала в национальном чемпионате в FargoDome в Северной Дакоте с женской командой борцов.Это был первый раз, когда ее окружали женщины на коврике. Теперь это ее новая норма в NJCU.

«Нью-Джерси действительно известен как один из лучших штатов по борьбе», — сказал Драмрайт. «Итак, услышать, что сейчас происходит, что женская борцовская команда находится в Джерси, — это действительно захватывающе, и это заставляет меня с нетерпением ждать к тому, что впереди.

«Надеюсь, что за ними последуют другие школы и колледжи, чтобы у нас были более тесные команды для борьбы», — сказала она.

«Если бы я увидела женщину-борца или даже знала спорт в более молодом возрасте, я бы определенно присоединилась к ней». — сказал Драмрайт.«Вот почему я почти не присоединился. Я никогда не видел женщин-борцов. Это было похоже на небольшое табу. Я не знала, было ли это моим местом».

Но это было ее место — и скоро другие женщины увидят, что это тоже их.

Следите за Мелани Анзидей в Twitter @melanieanzidei

Что вы не знаете о том, чтобы быть женщиной-борцом

Мы не все выглядим так, как вы думаете.

В женской борьбе существует 10 различных весовых категорий, что означает, что борьба включает в себя SO.МНОГИЕ. РАЗНЫЕ. типы телосложения. Наши весовые категории варьируются от 110 фунтов до 167 фунтов, что позволяет использовать их разного размера, высоты и формы. Попытка представить себе тело женщины-борца как короткое и коренастое, даст вам лишь узкое представление о нашем виде спорта. Борьба — один из немногих видов спорта, в котором вы используете свой тип телосложения как способ получить преимущество над противником. Высокая борцовская короткая, борцовская худенькая коренастая. Если они одинакового веса, вы должны научиться бороться, как бы ни выглядел ваш противник.

Стереотипное представление о теле женщины-борце как о коротком и коренастом даст вам лишь узкое представление.

Женская борьба существует уже давно.

Источник изображения: Al Bello / Staff

Это может показаться новым явлением в США, но женщины участвуют в международных соревнованиях по борьбе с 1989 года. Женская борьба является олимпийским видом спорта с 2004 года. Сегодня более 15 000 девочек старших классов соревнуются за свою школу.Многие затем продолжают соревноваться в одной из более чем 40 университетских программ в США или Канаде и представляют США на международном уровне. Наша национальная сборная для взрослых состоит из трех лучших женщин страны в 10 различных весовых категориях, которые путешествуют и тренируются как их работа на полную ставку.

Девочки побеждают мальчиков, и неудивительно, почему.

Каждой спортсменке старшего уровня кто-то рассказал об ОДНОЙ девушке в их команде, которая победила ВСЕХ мальчиков. В этом нет ничего необычного. Поскольку у большинства девушек, которые хотели бы соревноваться в борьбе, нет другого выбора, кроме как соревноваться с мальчиками в своих школьных или средних школьных командах, это обычная история в борцовском сообществе. Женщины — фантастические спортсмены, и когда у них есть планы соревноваться в колледже и, возможно, пробовать себя в мировых и олимпийских командах, они, безусловно, добьются успеха в соревнованиях с представителями противоположного пола.

Девочки побеждают мальчиков, и неудивительно, почему.

Мы действительно хотим соревнования представителей одного пола на национальном уровне.

Лучший способ развивать спортивную борьбу девочек — это включить дивизион, в котором девочки могут соревноваться против своего пола. Тот факт, что девочка МОЖЕТ добиться успеха в борьбе с мальчиками, не означает, что этот вид спорта расширит свой потенциал за счет ограничения конкуренции. Есть много препятствий, с которыми приходится сталкиваться девочкам, чтобы попасть в команду, состоящую только из мальчиков. Подобные препятствия мешают многим девочкам присоединиться к спорту и соревноваться с другими женщинами, как и в любом другом виде спорта в старшей школе.

Мы буквально все еще ведем добрую борьбу.

В США всего 6 штатов разрешили борьбу девочек в старших классах школы. Мы все еще встречаем сопротивление, когда поощряем школы к созданию женской команды или к включению женской команды в турниры по борьбе. Девочки в США рады бороться и соревноваться, но если они могут бороться только в команде мальчиков или тренер сопротивляется допущению их в команду, эти препятствия часто мешают этому виду спорта развиваться в определенных сообществах.Тем не менее, мы не только работаем над увеличением числа штатов, которые будут санкционировать борьбу девочек в старших классах школы, но также подали заявку на получение нового спортивного статуса NCAA.

Это не имеет ничего общего с профессиональной борьбой на телевидении.

Некоторые из нас, возможно, нашли рестлинг, потому что смотрели его по телевизору в детстве, но на этом сходство заканчивается. Лучшие женщины-борцы в США — профессиональные спортсменки, которые должны сосредоточиться на питании, управлении весом, силе и кондиционировании, а также на интенсивной технике борьбы.Драма и шоу остаются дома. Ах да, грязи и желе точно нет. #sorrynotsorry

И грязи точно нет, и желе нет. #sorrynotsorry

Еще у нас есть початки цветной капусты.

Ухо цветной капусты — это когда хрящ в ухе ломается в результате удара. И это не застраховано от пола.

Сборная США привезла домой золото с Олимпиады 2016 года в Рио.

Источник изображения: Julian Finney / Staff

Команда США была одной из лучших команд благодаря целенаправленным усилиям по развитию спорта и увеличению финансирования и ресурсов.Фактически, США как команда входят в тройку лучших за последние 5 лет, и у нас была наша первая олимпийская чемпионка США Хелен Марулис на Олимпийских играх 2016 года в Рио. Мы используем эту динамику для продвижения и популяризации женского спорта!

Размер мышц не означает успех.

Быть успешным борцом не имеет ничего общего с размером наших мышц, а все связано с годами интенсивного внимания к технике. Чем вы крупнее и массивнее, тем сложнее может быть плавность движений и гибкость.Борьба требует огромной ловкости, поэтому не удивляйтесь, что мы не похожи на бодибилдеров!

Борьба требует огромной ловкости, поэтому мы не похожи на бодибилдеров!

Это совершенно раздражает, когда вы спрашиваете нас, можем ли мы убить нашу вторую половинку и / или вас.

Вы спрашиваете профессиональных бегунов, могут ли они бежать быстрее вас? Для наших конкурентов высшего звена это наша постоянная работа, и мы являемся лучшими в мире. Вы можете быть совершенно уверены, что если вы никогда не боролись или даже немного боролись, вы не будете иметь никакого отношения к тому уровню мастерства, который у нас есть! (Другими словами, ответ простой: да.) Но то, что мы женщины, не означает, что вам нужно сексуализировать наш спорт, чтобы посмеяться.

Революция женской борьбы — IndependentWrestling.TV

  • Paradigm Pro Wrestling представляет: PREMIERE: Paradigm Pro «UWFI Contenders Series, Season Two, Episode Three»

    Среда, 7 апреля, -е, , 2021, 22:00 по восточноевропейскому времени

  • Канал IWTV представляет: В прямом эфире: IWTV представляет семейное воссоединение, часть 1

    Четверг, 8 апреля, -е, , 2021 г. , 12:00 по восточноевропейскому времени

  • Канал IWTV представляет: В прямом эфире: IWTV представляет семейное воссоединение, часть 2

    Четверг, 8 апреля, -е, , 2021 г., 15:00 по восточноевропейскому времени

  • Absolute Intense Wrestling представляет: ПРЕМЬЕРА: AIW «Go For Broke»

    Четверг, 8 апреля, -е, , 2021 г., 18:00 по восточноевропейскому времени

  • Канал IWTV представляет: ПРЕМЬЕРА: Жизнь очень хорошего профессионального рестлера

    Четверг, 8 апреля, -е, , 2021 г., 19:00 по восточноевропейскому времени

  • ICW Подарки без запрета на удержание: LIVE: ICW Без запрета на удержание, том 11: Тогда и сейчас

    Четверг, 8 апреля, -е, , 2021, 20:00 по восточноевропейскому времени

  • Подполье «Нет мира» представляет: В прямом эфире: «Подполье нет мира»

    Четверг, 8 апреля, -е, , 2021, 23:59 по восточноевропейскому времени

  • ACTION представляет: LIVE: ACTION Wrestling и Southern Underground Pro представляют «Веселитесь, грустите»

    Пятница, 9 апреля, -е, , 2021 г. , 12:00 по восточноевропейскому времени

  • Freelance Underground представляет: ПРЕМЬЕРА: Freelance & Freelance Underground «Секретный тайник Чикаго»

    Пятница, 9 апреля, -е, , 2021 г., 16:00 по восточноевропейскому времени

  • h3O представляет: ПРЕМЬЕРА: h3O «Подземное насилие Том.9 «

    Пятница, 9 апреля, -е, , 2021 г., 18:00 по восточноевропейскому времени

  • ICW No Holds Barred Presents: LIVE: ICW NHB PitfighterX Битва крутых парней 1

    Пятница, 9 апреля, -е, , 2021 г., 20:00 по восточноевропейскому времени

  • Women Love Wrestling: Антология о женщинах и борьбе (9781654164942): Норрис, Джейсон, Норрис, Джейсон: Книги

    «Очень хорошо написано, мне это очень нравится. Я был так впечатлен писателями и их страстью к этой теме »- Мик Фоули, легенда рестлинга и автор бестселлеров

    « Экспертные статьи, которые неожиданно и тщательно охватывают сокровищницу тем. Этот читатель был в эйфории по поводу количества проблемных материалов. — упакованы в эту важную и давно назревшую коллекцию »- Джейми Хеммингс, редактор книг SlamWrestling.net

    « Умный, увлекательно разнообразный взгляд на новый рынок профессионального рестлинга и новые, более глубокие пути развития этого самого американского искусства. формы могут быть рассмотрены.»- Брюс Митчелл, старший обозреватель — Pro Wrestling Torch

    99,9% книг по профессиональному рестлингу написаны мужчинами о мужчинах-исполнителях в бизнесе, где доминируют мужчины. Эта книга направлена ​​на то, чтобы помочь исправить баланс, давая голос женщинам и поклонникам женская борьба, на которой изображены женщины на ринге, так же увлекательна, как и фанатки, такие же страстные.

    Women Love Wrestling — это сборник писем от женщин и о женщинах в борьбе, написанных фанатами, борцами, подкастерами, промоутерами. , журналисты, культурологи, доктора наук и ученые.

    Women Love Wrestling — это смесь истории борьбы, личных историй и исследований профессиональной борьбы. Мы, конечно, сосредотачиваемся на женской борьбе, но включаем истории из более широкого мира, в том числе утерянные викторианские легенды и размышления о том, как борьбу можно сравнить с шедеврами Шекспира.

    Узнайте о том, как смотреть Джоши, как женщины тренируются, чтобы бороться, как продвижение женских шоу требует другого подхода, как борцовский фандом создает искусство и косплей, изменяющие гендер, историю GLOW, AJW, Shimmer и EVE, проблемы с разнообразие, медленный прогресс в достижении гендерного равенства и многое другое благодаря нашей разноплановой команде писателей.

    Доходы от этой книги передаются женским благотворительным организациям по всему миру.

    «Убедительно, интересно, эмоционально и информативно: собрание работ в этой книге так же отличается, как и опыт и биография женщин, которые внесли свой вклад. Это действительно помогает полностью понять, насколько разнообразной может быть борьба». — Уоррен Хейс, ведущий шоу мистера Уоррена Хейса и участник Fightful.

    «Сборник некоторых из самых увлеченных, разнообразных и информированных авторов, объединенных с целью предоставить платформу для голосов, которые часто упускаются из виду» — Рич Фанн, Pro Wrestling Torch

    Книжные вклады от Аллиссы Капри, Ами Морегор, Кэрол Штрудвик, Хлоя Уорнер-Харрис, Данн Рид, Эмили Рид, Джемма Кумбс, Жизель Франциско, Халли Гроссман, Харли Джонсон, Хизер Банденбург, Илана Гордон, Лиам Уорр, Джеки Пратт, Джозеф Телеген, Киана Парвизи, Кристен Эшли, Манаси Нене, Манаси Нене, Хейнс, Реджиния Уокер, Сэмюэл Престон, Сара Элизабет Кокс, Сара Паркин, Сара Мятежник, Скарлетт Харрис, Шеннон Вандершритен, Сонал Лад, Соня Баллантайн, Спенсер Сантос и Валери Кварц

    Женская борьба — U SPORTS

    Борьба

    Фильтр по дате
    4–10 февраля 2020 г. 28 января / 3 февраля 2020 г. 21–27 января 2020 г. 14–20 января 2020 г. 26 ноября / 2 декабря 2019 г. 19–25 ноября 2019 г. 12–19 февраля 2019 г. 5–12 февраля 2019 г. 29 января / 5 февраля 2019 г. 22 января 2019 г. –29, 2019 15–22 января 2019 27 ноября / 4 декабря 2018 20–27 ноября 2018 13–20 ноября 2018 6–13 ноября 2018 30 октября / 06 ноября 2018 13–20 февраля 2018 6–13 февраля 2018 30 января / 06 февраля , 2018 23–30 января 2018 16–23 января 2018 9–16 января 2018 28 ноября / 5 декабря 2017 21–28 ноября 2017 14–21 ноября 2017 7–14 ноября 2017 8–14 февраля 2017 1–07 февраля 2017

    Рейтинг Школа Очки Предыдущий рейтинг
    1 Брок 53 1
    2 Саскачеван 44 2
    3 Калгари 36 3
    4 Альберта 32 4
    5 Concordia 30 5
    6 Вестерн 23 7
    7 Лейкхед 20 6
    8 Гвельф 16 8
    9 Йорк 12 10
    10 Фрейзер Вэлли 5 * NR
    Остальные команды получают очки: Торонто (5), Алгома (5), Макмастер (4)
    * Fraser Valley заняла No. На 10 больше, чем Торонто и Алгома из-за более высокого личного рейтинга в сезоне 2018-19 (второй тай-брейк)

    Супер женская борьба 8 │ Олимпийский музей

    14 января — 28 июня 2015

    Выставка (уровень 2 галереи) сосредоточена на портретах восьми послов женской борьбы, рассказывающих историю этой малоизвестной и иногда оклеветанной дисциплины:

    Саори Йошида (Япония): трехкратный олимпийский чемпион в весе 55 кг, 1 место.56 м

    Наталья Воробьева (Россия): олимпийская чемпионка, 72 кг, 1,76 м

    Кэрол Хуних (Канада): олимпийская чемпионка, 48 кг, 1,55 м

    Хелен Марулис (США): серебряный призер чемпионата мира, 55 кг, 1,61 м

    София Маттссон (ШВЕ): чемпионка мира и Европы, 53 кг, 1,64 м

    Изабель Самбоу (SEN): чемпионка Африки, 48 кг, 1,53 м

    Edit Dozsa (ITA): Олимпийский рефери

    Фанни Чеверри (COL): президент Колумбийской федерации борьбы

    Некоторые ключевые даты в истории

    330 г. до н.э .: Первые следы женской борьбы появляются на бронзовых этрусских статуэтках, изображающих борьбу мужчин и женщин.

    1987: Первый чемпионат мира проводится в Лоренскуге, Норвегия.

    2000: Наталья Ярыгина (Россия) становится первой женщиной, вступившей в совет UWW (United World Wrestling, всемирная федерация борьбы)

    2004: На Олимпийских играх в Афинах женская борьба впервые появляется по олимпийской программе, а Ирина Мерлени (UKR) завоевывает первую в истории олимпийскую золотую медаль по женской борьбе.

    2016: На Олимпийских играх в Рио по вольной борьбе количество весовых категорий у женщин будет такое же, как у мужчин.

    Расширение прав и возможностей женщин в спорте

    Этой выставкой Олимпийский музей и United World Wrestling (UWW) привлекают внимание к женщинам, которые занимаются борьбой, и тем самым вносят свой вклад в программу МОК «Женщины и спорт».
    Смысл в том, что можно быть женщиной и заниматься спортивной борьбой. Это может раскрыть таланты, осуществить мечты или даже начать карьеру.
    Посредством этой рекламной акции Олимпийское движение вносит свой вклад в поддержку Международного женского дня 8 марта.
    После Лозанны выставка отправится в путешествие по разным странам мира, начиная с США.


    Традиционная и образовательная сценография

    Сине-пурпурный цвет, так как это цвета United World Wrestling. Тотемы с текстами, ключевыми объектами, фильмами и интерактивными играми для простой и понятной информации. В центре огромный борцовский коврик желтого, красного и синего цветов с некоторыми тренировочными манекенами для всех посетителей, которые хотят опробовать несколько борцовских приемов на себе!

    , 7 и 8 марта: специальные выходные для женщин и спорта

    Олимпийский музей отмечает Международный женский день по-своему, собирая боксеров, борцов, альпинистов, спортсменов-экстремалов … и даже женщин-музыкантов!
    Все они — женщины, которые сделали себе имя в областях, где предположительно преобладают мужчины.
    Эти выходные — редкая возможность для посетителей встретиться с ними, узнать об их увлечениях и понять их выбор.

    В программе круглый стол, просмотр фильмов, знакомство с борьбой и боксом… и концерт.

    В субботу 7 марта 2015 года с 14.30 до 22.00.

    14.30-15.15 (Galerie)
    Знакомство с вольной борьбой с Марианной Колич (Франция) и Ваней Геррейро (Португалия), а также швейцарской борьбой с Дайаной Фанкхаузер и Роминой Бишсель.

    16-17.30 (Аудитория)
    Возможность познакомиться…
    Софи Лаво (альпинистка),
    Мэри Ком (боксер)
    Мариана Колич (рестлер)
    Жеральдин Фаснахт (спортсмен-экстремал)
    Элеонора Лепинар (социолог)
    Модератор: Лоуренс Боломей, автограф. сессия!

    18.15-19.15 (Зрительный зал)
    Показ фильма Франсуа Дамилано «На марше на Эверест» (2014) в присутствии Софи Лаво и режиссера.

    8.45-10 вечера (Аудитория)
    Возможность познакомиться с Жеральдин Фаснахт, демонстрирующей раш от прыжка с вингсьюта на Маттерхорн.

    TOM Cafe открыто до 21:00.


    В воскресенье 8 марта 2015 г. с 11:00 до 17:30.

    11:00 и 15:00 (Galerie )
    Введение в вольную борьбу с Марианной Колич (Франция) и Ваней Геррейро (Португалия).

    13:30 — 14:30 (Art Lounge)
    Боксерский матч между Мэри Ком, бронзовым призером Олимпийских игр 2012 года в Лондоне и многократной чемпионкой мира в наилегчайшем весе, и ее партнером по спаррингу.Знакомство с боксом с Анаис Кистлер, чемпионкой Швейцарии.
    Автограф-сессия!

    14.30-16.30 (Аудитория)
    Показ биографического фильма «Мэри Ком» Омунга Кумара (2014 г., оригинал с французскими субтитрами)

    16.45-17.15 (Зрительный зал)
    Концерт Salut Salon , женский квартет из Гамбурга, состоящий из двух скрипачей, виолончелистки и пианистки.
    Готовы ли вы к спортивному и женственному музыкальному представлению?

    Женская спортивная обувь | Бесплатная доставка

    Выбор подходящей женской борцовской обуви

    Один из наиболее частых вопросов, которые мы получаем от клиентов WrestlingMart, — «вы, ребята, продаете женские борцовки?».Ответ — да, делаем! Так было всегда. Это потому, что вся спортивная обувь считается унисекс, и ее могут носить как мужчины, так и женщины. Однако важно отметить, что все размеры спортивной обуви указаны на основе таблицы размеров для мужчин, поэтому вам придется немного арифметически определить правильный размер в таблице размеров для женщин. Подробнее об этом ниже, но сначала немного предыстории.

    В США несколько женщин впервые начали соревноваться с мужчинами, но до 90-х годов не существовало официальных отдельных женских команд или соревнований. Сегодня женская борьба растет с каждым годом экспоненциальными темпами. В настоящее время насчитывается около 14 000 женщин-борцов в старших классах школы и 30 колледжей, которые спонсируют университетские программы борьбы для женщин, многие из которых являются новыми или восстановленными программами, которые также вернули программу для мужчин вместе с ней. После исторической победы Хелен Марулис, завоевавшей золото на Олимпийских играх 2016 года в Рио, этому виду спорта некуда было развиваться, кроме как вверх. В WrestlingMart мы очень рады возможности, которые предоставляет этот вид спорта, и будем продолжать предоставлять молодых женщин по всей стране и по всему миру.Мы гордимся тем, что поддерживаем его рост, предоставляя отличное снаряжение и заботясь о том, чтобы у женщин-борцов было все необходимое для соревнований и побед!

    Хорошо, вернемся к обуви. Подбор борцовской обуви может быть одной из самых сложных вещей, которые может сделать борец, когда готовится к сезону борьбы. К счастью, у вас есть команда WrestlingMart, которая поможет вам в этом. Во-первых, борцовские туфли обычно подходят не так, как кроссовки или даже другие спортивные туфли и кроссовки. Кроме того, каждая марка и почти каждая модель обуви внутри каждой марки могут различаться по размеру и посадке.Большинство борцов-ветеранов придумали, как справляться с этим беспорядком, но для новичка это может расстраивать. Когда вы добавляете преобразование к женскому размеру к смеси, это может заставить некоторых борцов почесать головы.

    Сделайте вдох. Все будет хорошо, мы тебя поймали.

    Шаг 1. Как правило, сначала добавьте половину размера вашей обычной уличной обуви / размера кроссовок. Ботинки для борьбы имеют тенденцию к небольшому размеру. Шаг 2. Учтите разницу в размере 1–1,5 при переходе от мужского к женскому.Так что, если у женщин обычно 8, у мужчин вам нужен размер 6 или 6,5. Для меньших размеров разница между мужскими и женскими изображениями может составлять всего ½ – 1 полного размера. Если вы находитесь в нескольких минутах езды на автомобиле, мы настоятельно рекомендуем зайти в наш выставочный зал в Ирвине, Калифорния, чтобы найти обувь подходящего размера и размера, особенно если это ваша первая пара. Если вам все же нужно сделать заказ через Интернет, не волнуйтесь, вы всегда можете вернуть и обменять обувь, если она вам не подходит.

    Так что насчет конкретных марок и моделей? Отличный вопрос, мы рады, что вы задали его! Как мы упоминали ранее, почти каждая обувь подходит по разному.На более крупном уровне у вас есть большая часть линейки Adidas, например Adidas Combat Speed ​​4 (подумайте о Vans или Чаке Тейлорсе), Mat Wizard 3, Flying Impact, Tech-Fall, Pretereo и т. Д. Adizero Varner и HVC. 2 — это больше обувь «среднего» кроя. Большинство кроссовок ASICS и Nike имеют размер от половины до полного размера меньше, чем обувь для борьбы Adidas, за некоторыми исключениями. Самые маленькие ASICS: Matflex, JB Elite V2, Cael V7, Dan Gable Ultimate 4, Snapdown и Omniflex Attack. Средний / большой ASICS: Aggressor 3.Для Nike Inflict и Hypersweep работают на меньшем размере, в то время как Freek считается средним / правильным размером.

    Уф… хорошо, это было много информации о размерах. Вы ведь теперь эксперт? Здорово. Одним из величайших побочных эффектов быстрого роста женской борьбы и спорта в целом является… подождите… БОЛЬШЕ ОБУВИ !! Мы живем в золотую эру производства спортивной обуви. Никогда в истории не было так много вариантов выбора цвета, формы, ширины, типа захвата и т. Д.и т. д. и т. д. У вас есть раздельная подошва для большей гибкости, полная подошва для лучшего захвата, высокие лодыжки для большей поддержки, низкие лодыжки для мобильности и этот список можно продолжить. Еще вы заметите растущее разнообразие цветовых вариантов. Каждый сезон мы видим все больше и больше новых расцветок, призванных привлечь внимание женского населения в мире рестлинга. Конечно, ни один бренд обуви не идеален, и у нас не всегда будет точный цвет вашей мечты, но игра в женскую обувь для борьбы прошла долгий путь.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.

    Правильное питание - источник здоровья
    При полном или частичном использовании материалов активная ссылка на шефмастер-птз.рф обязательна
    © 2022 Все права защищены